Книга Жена светлейшего князя, страница 123 – Лина Деева

Думаю, д'Аррель узнал меня издалека и потому успел взять себя в руки. Однако когда мы подъехали, он презрел дипломатический этикет и прежде всего поклонился мне с почтением и великосветской грациозностью.

— Госпожа де Ла Ренн, счастлив видеть вас в добром здравии.

— Княгиня де Вальде, — ровно поправила я. — Не взаимно, виконт д'Аррель.

Перемена в виконте случилась, как по щелчку пальцев. В глазах вспыхнула злость, на скулах заходили желваки.

— С вашего позволения, уже граф, — сквозь зубы заметил он. Перевёл пылающий взгляд на Геллерта и, возвысив голос, заговорил:

— Князь де Вальде. Я, граф д'Аррель, от имени Его Величества короля Бальдоэна Седьмого, герцога де Ла Ренн и всех благородных нобилей королевства…

Я с непроницаемым лицом слушала все эти «вопиющее оскорбление», «сдаться без боя», «покаяться», «милость Его Величества», а внутри буквально клокотала ядом. Надо же, граф! Из-за тупой ревности и оттоптанного самолюбия подставил целый народ, дал повод для войны и ещё гордится, как выслужился! Ему ведь наверняка в голову не приходит, сколько крови уже на его руках.

— Ваше слово, князь, — тем временем выплюнул д'Аррель заключительную фразу.

— Милость Его Величества велика. — Геллерт был само хладнокровие. — Однако я не могу дать ответ по столь важному вопросу без совета с моими подданными. Так принятоу нас в горах.

«Тянет время», — догадалась я.

А д'Аррель скривился: «Дикари!» — однако говорить такое вслух всё-таки остерёгся. Вместо этого он высокомерно сообщил:

Его Величество Бальдоэн, герцог де Ла Ренн и благородные нобили будут ждать вашего ответа пока тени не удлиннятся вдвое. Если к тому времени парламентёра не будет — пеняйте на себя.

Геллерт едва заметно кивнул, не удостоив бывшего виконта лишним словом. Переговоры можно было считать оконченными, однако д'Аррель ещё не всё сказал.

— Напоследок добавлю от себя и от моего сюзерена, герцога де Ла Ренн, — произнёс он, рассверливая Геллерта взглядом. — За себя и своих людей вы можете решать как угодно. Но прислушайтесь к голосу благородства: отпустите невинную, связанную с вами узами вынужденного брака. Госпожа Кристин де Ла Ренн ничем не заслужила, чтобы подвергать её новым мучениям.

Если Геллерт и собирался ответить, я его опередила. Льдисто, под стать мужу, отчеканила:

— Жаль, что у вас настолько плохая память, граф. Я княгиня де Вальде, жена светлейшего князя. И останусь ею даже в пылающей крепости или по дороге на эшафот. Потому запомните сами и передайте герцогу де Ла Ренн: я не оставлю мужа.

Побледневшее лицо д'Арреля на несколько мгновений напомнило обтянутый кожей череп.

— Проклятый колдун!

И столько ненависти было в этом оскорблении, что, умей слова убивать, Геллерт был бы безвозвратно мёртв. Несмотря на Искусство и способности воина.

Однако как бы д'Аррель ни злился, реального вреда он причинить не мог. И, понимая это, поднял коня на дыбы и галопом помчался к лагерю. Его спутники растерянно переглянулись, трубач отрывисто сыграл сигнал об окончании переговоров, и они спешно поскакали догонять д'Арреля.

А Геллерт буднично заметил:

— Что же, теперь у нас есть фора.

И под серебристый звук трубы мы развернули лошадей к замку.