Книга Жена светлейшего князя, страница 30 – Лина Деева

Д'Аррель позеленел, задёргался — и тут же получил от стоявшего рядом конвоира удар дубинкой по затылку. Закатив глаза, виконт осел на землю, и я отстранённо подумала: как скоро мы с Жюли ему позавидуем?

Между тем главарь, отдав распоряжения, равнодушно отвернулся от нас, и мой взгляд сам собой замер на рукоятке кинжала, выглядывавшую из висевшиху него на поясе ножен.

«Пока руки свободны, надо попробовать, — мысль была полностью рассудочной, словно я думала о ком-то другом. — Один удар в грудь, и со всем покончено».

Тем временем Блез несильно пнул Жюли носком сапога:

— Слыхала? Вставай и потопали. И ты, — он обернулся ко мне, — чего стоишь?

Сосредоточенная на предстоящем, я рассеянно кивнула в ответ. Сделала несколько сомнамбулических шагов к разбойничьему предводителю — и вдруг кошкой бросилась на него.

У меня почти получилось. Кинжал мягко выскользнул из ножен, но ударить себя в грудь я уже не успела. Острый край лишь оцарапал кожу, и выбитое из руки оружие полетело в сторону.

— Ах ты дрянь! Что придумала!

Разбойник замахнулся для новой затрещины, но с воплем отшатнулся, когда по его лицу ударили сильные птичьи крылья.

— Кр-р-ра! — гневно каркнул ворон, и вслед за ним мужской голос спокойно произнёс:

— Напрасно ты так, Клод. Разве не знаешь, что бывает с тем, кто поднимает руку на женщину?

— Там!

В голосе показывавшего на дорогу Блеза слышалась паника, заставившая всех дружно обернуться.

Чтобы увидеть выехавшего из-за поворота дороги всадника на крупном вороном коне.

— Монсеньор! — испуганно ахнул кто-то из разбойников, и Клод, чью щёку теперь пересекала длинная, набухшая кровью царапина, переменился в лице.

— Что стоите? — злобно рявкнул он. — Стреляйте, он же один!

Подавая пример, сорвал с плеча арбалет, из которого стрелял по ворону. Быстрым, чётким движением зарядил стрелу, вскинул оружие...

— Берегитесь! — закричала я, и одновременно с этим тетива пропела «Тонг!».

— Кр-ра! — как будто рассмеялся ворон, опускаясь ко мне на плечо и с неожиданной бережностью сжимая кожу острыми когтями. А летящая стрела вспыхнула прямо в воздухе — и под ноги княжеского коня упала лишь чёрная головешка.

Неуверенно державшиеся за оружие разбойники попятились — и вдруг порскнули во все стороны, как стайка рыбок при виде зубастой щуки.

— Куда?! — взревел их предводитель, но его вопль перекрыли крики ужаса.

Пытавшиеся сбежать разбойники словно налетели на невидимую стену, окружившую участок дороги, где стояла повозка. Они молотили по незримому препятствию кулаками, били мечами и дубинками, пытались проломить телом — всё было бесполезно. А Геллерт приближался — спокойной рысью, неотвратимо, как смерть.

«Назвать бы его позёром, да язык не поворачивается», — пронеслось у меня в голове. Потому что это было по-настоящему жутко, до крупных мурашек по спине и гусиной кожи от плеч до запястья.

«А может, дело не в жути, а в Искусстве?»

Иначе почему у меня начало слегка плыть сознание — как от кубка игристого вина?

— Ладно.

Вздрогнув, я повернулась к Клоду, о котором чуть не забыла, засмотревшись на Геллерта. Наши взгляды встретились — и разбойник, отбросив бесполезный арбалет, стремительно шагнул ко мне.

И снова я не успела ни сообразить, что происходит, ни отшатнуться. Взвыв от боли, Клод прижал ладони к глазам и слепо закружился на месте.