Книга Жена светлейшего князя, страница 94 – Лина Деева

Поздно.

Я до боли прикусила указательный палец. Ну что мне стоило сообразить всё это чуточку раньше!

А затем пришла новая мысль: почему Геллерт ничего не сказал об «Источник не терпит человеческой подлости»? Неужели госпожа Сильвия заблуждается? Или просто из этого правила есть исключение?

Виски заломило, и у меня вырвалось жалобное бормотание:

— Не хочу. Пожалуйста, можно я подумаю об этом позже?

— Конечно, можно, дитя.

Я завозилась и, высунув из одеяльного домика нос, обнаружила стоявшую рядом с кроватью госпожу Сильвию.

— Напрасно я разрешила ваш разговор, да? — по-доброму вздохнула она. — Стоило отложить его хотя бы до вечера — всё равно князь отправится в замок Источника лишь завтра утром.

— Что? — позабыв о душевной и телесной усталости, я приподнялась на локте. — То есть как?

И осеклась: сама же только что думала — война. А главнокомандующий не может болтаться неизвестно где, когда к его замку прорывается вражеская армия.

— Но как же я?

Вопрос получился по-детски беспомощным, и госпожа Сильвия, присев на край кровати, ласково погладила меня по плечу.

— Побудешь пока здесь. Поверь, сейчас замок Верных гораздо безопаснее княжеского.

В который бьют все молнии.

Я с силой зажмурилась, неосознанно стиснув в кулаке простынь.

Безопасность.

Что я могу сделать?

Тем более Родник и браслеты — мне нужно учиться управляться с этим.

Тем более тогда, во время лесного боя, все могли обойтись без моего вмешательства.

Тем более я сама сказала Геллерту, что всё-таки не верю ему.

Так зачем?

— Госпожа Сильвия. — Мой голос звучал на удивление сильно. — Скажите, есть какой-то отвар или амулет, который поможет мне выдержать четыре дня в седле?

Лежавшая на моём плече ладонь как будто потяжелела — вместе с устремлённым на меня взглядом собеседницы.

— Это плохое решение.

— Да. — Я бесстрашно смотрела прямо в антрацитовые глаза. — Но место жены рядом с мужем. И даже если вы откажете, я всё равно поеду с ним.

Или вслед за ним.

Безошибочно считав моё намерение, госпожа Сильвия печально покачала головой. И, опережая её возражение, я прибавила:

— Клянусь, что не буду задерживать Геллерта. Я прекрасно понимаю, насколько дорого сейчас время.

Печаль на лице собеседницы сменилась задумчивостью.

— Знаешь, дитя, ещё седьмицу назад я бы приняла твои слова за самообман.

В моей душе встрепенулась радость: неужели получится её убедить? И я постаралась закрепить успех:

— Седьмицу назад я бы послушно осталась в замке Верных.

— Нет. — Госпожа Сильвия убрала руку с моего плеча. — Ты осталась бы здесь лишь в одном случае: если бы в ночь Бельтайна не встретила другую себя у Источника.

Она поднялась с кровати и, глядя на меня сверху вниз, велела:

— Отдыхай до вечера. Как следует отдыхай! А я посмотрю, что тут можно сделать.

— Спасибо! — просияла я, и в ответной усмешке госпожи Сильвии доброта густо смешалась с горечью.

— Не за что, дитя. Ты так похожа на меня-прошлую, что нет возможности отказать тебе в помощи. И всё, о чём я молю Источник, чтобы эта помощь была во благо.

Я отнеслась к распоряжению госпожи Сильвии со всей серьёзностью — как солдат к приказу командира. Спала или просто лежала, пила горькие отвары, старалась поменьше заниматься самокопательством и самоедством, которые выматывали не хуже телесных нагрузок. И хотя с последним пунктом у меня было откровенно плохо, ужинать мне всё-таки разрешили в трапезной.