Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 23 – Тина Солнечная

В центре, склонившись над пузырящейся колбой, стоял Коул. На нём не было рубашки — только кожаный передник, испачканный чем-то тёмным, и штаны. Его волосы были взъерошены, виски блестели от пота. Он двигался уверенно и быстро, словно всё происходящее для него — вторая натура.

Я застыла на пороге. Всё это выглядело так… необычно. Почти завораживающе.

Колба зашипела, внутри что-то заискрилось. Коул щёлкнул пальцами, и огонь под стеклом вспыхнул ярче. Другой рукой он подсыпал порошок, и изнутри вырвался фиолетовый пар.

Я невольно сделала шаг вперёд. Половицы скрипнули.

Коул обернулся. Его тёмные глаза встретились с моими. На миг в них мелькнуло раздражение, но тут же уголки губ дрогнули.

— Привет, — сказал он лениво, вытирая руку о передник. — Обычно ко мне никто не заходит.

Я замерла, не зная, как объяснить, что просто бродила. Только развела руками.

Коул фыркнул, покачал головой и кивнул на стол с пузырьками. — Добро пожаловать в мою маленькую лабораторию.

Я замялась у двери, потом подняла руку и показала на выход: уйти?

Коул прищурился, скользнул по мне взглядом и усмехнулся. — Можешь остаться. Если не боишься.

Я замотала головой и шагнула ближе. Любопытство било ключом.

— Хорошо, — сказал он, поворачиваясь к столу. — Смотри. Только руками ничего не трогай.

Я кивнула и подошла к самому краю стола.

Коул взял прозрачный сосуд, где тихо булькала густая жидкость с золотыми искрами. Он добавил туда щепоть порошка, и сразу же вспыхнуло синее пламя, будто пойманное в стеклянную клетку. Пламя не жгло, но танцевало, изгибалось, складывалось в формы — я различила очертания птицы, которая вспорхнула, ударилась о стенки сосуда и рассыпалась тысячами искр.

Я ахнула беззвучно и улыбнулась, не в силах скрыть восторг.

Коул скосил на меня взгляд и довольно усмехнулся. — Красиво, да? Это всего лишь реакция эфирного песка с дракосолью. Для меня рутина.

Я покачала головой. Для него — рутина, а для меня — чудо.

Он продолжил эксперимент: налил в широкую чашу чёрную жидкость, капнул туда что-то ярко-зелёное. Жидкость зашипела и вдруг вспыхнула светом, превращаясь в прозрачный кристалл прямо на глазах.

Я прижала руки к груди, глядя, как он легко управляется с магией и алхимией, будто это не опасно, а просто игра.

Коул заметилмой взгляд и качнул головой: — Не вздумай даже пальцем тронуть. Здесь всё либо горит, либо взрывается, либо травит.

Я виновато улыбнулась, но восторг никуда не делся.

Я наблюдала за тем, как Коул ловко пересыпает порошки, как его пальцы работают быстро, но аккуратно, и всё же меня не отпускало любопытство. Я ткнула пальцем в колбу, потом на него, подняла брови. Что ты делаешь?

Он нахмурился, будто не сразу понял. — Опыт, — отозвался коротко. Но я не отвела взгляда, продолжая спрашивать глазами.

Коул вздохнул, потёр шею и хмыкнул: — Ты хочешь знать… чем я это считаю? Хобби, наверное.

Я изумлённо приподняла брови.

Он уловил мой посыл и усмехнулся, чуть криво: — Да. У чудовища может быть хобби.

Я покачала головой и жестом показала: Ты не чудовище.

Коул прищурился, в уголках глаз мелькнула тень улыбки. — Странно слышать… ну, не совсем слышать… от тебя такое. Ведь тебя же принесут в жертву одному из троих.

Я нахмурилась. Одному из троих? Подняла пальцы — раз, два, три. Потом указала на него, вопросительно приподняв брови: В жертву тебе?