Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 88 – Тина Солнечная

Айс даже не моргнул:

— Неправильно.

Я перевела взгляд на Коула.

Он фыркнул, сразу сдвинулся ближе, так что его бедро коснулось моего, и тихо процедил:

— Всё правильно.

Айс спокойно добавил:

— Лезвие направлено вниз.

Я нахмурилась сильнее, специально демонстративно приподняла нож так, чтобы оба видели, что я абсолютно осознанно держу его именно так. И медленным движением плеч показала: «Ну и что?».

Коул наклонился ещё ближе, будто пытался перегородить меня собой:

— И это прекрасно.

Айс снова открыл рот — наверное, чтобы провести лекцию о технике безопасности, понятно которую я никак не могла. А куда лезвие должно быть направлено, блин? Вверх? Я громко выдохнула носом, закатив глаза так красноречиво, что даже Шарх прыснул со смеху.

— Вот она, немая мудрость. Одним взглядом объяснила, что вы оба идиоты.

Коул зашипел на него.

Айс помолчал секунду, потом… кивнул. Я так ничего и не поняла, но мне было плевать. Сегодня было уютно и хорошо, даже в этом бредовом подобии семьи.

Прошло еще несколько довольно обычных дней, прежде чем я все же нашла в себе достаточно наглости, или, скорее всего, смелости, чтобы зайти к Коулу в лабораторию. Причиной стало то, что последние пару дней я видела его только спящим. Когда я приходила в спальню его еще не было, потом ночью он как-то оказывался возле меня, а утром его снова не было. Просто магическая телепортация в лабораторию и из нее. О совместном времени я и вовсе забыла. И, если бы не общая спальня, я бы его вообще не видела.

В какой-то момент, а именно этим утром, это мне чертовски надоело, поэтому я пошла в его святая святых.

Когда я вошла в лабораторию, воздух сразу ударил в нос ароматом трав, раскалённого металла и ещё чего-то жёсткого, отчаянного. Разгадывать аромат мне не хотелось.

Он стоял у стола, опершись руками о древесину, волосы растрёпаны. Интересно, как давно он тут? Сейчас было около одиннадцати утра. Я могу предположить, что он тут часов с пяти, если не раньше. Пламя над колбой вспыхивало неровно, повторяя ритм его дыхания.

— Катрина… — тихо сказал он, даже не оглянувшись. — Ты чудесно пахнешь, дорогая, как и всегда.

Я подошла еще ближе и, когда он меня увидел, жестами спросила, что он делает.

Коул провёл ладонью по колбе, в которой что-то светилось золотым туманом.

— Усилитель, — сказал он. — Если он сработает, твоя магия не сгорит во время ритуала. Он сжал челюсть, мышцы на его лице напряглись. Он стал выглядеть старше лет на сто. Хотелось разгладить все морщинки и поцеловать. Глупая идея. Нельзя отвлекать гения. — Но я не уверен. Ни в одном шаге. Ни в одной пропорции. И времени… меньше, чем хотелось бы. Прости, малышка. Стоило придумать его до твоего появления, но все девушки спали и давать его было некому…

В его голосе была злость. Но не от раздражения — от боли. От того, что он может не успеть. От того, что не предусмотрел ничего заранее.

Я коснулась его груди и он тут же накрыл мою ладонь своей, а потом тяжело вздохнул.

Чтобы его поддержать, я, само собой, начала тыкать во все подряд и “задавать” вопросы. К счастью, увлеченный своим делом творец не нуждается в словах, он и так понимает, что я хочу знать. И радостно объясняет даже то, что я знать не хочу. Но я послушно киваю и улыбаюсь. Пусть.

Он объяснял процесс,показывал мне ингредиенты, движения, температуры — но слова всё чаще сбивались, потому что я стояла слишком близко, и его дыхание то и дело согревало мою шею.