Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 91 – Тина Солнечная

— Не останавливайся… пожалуйста.

Позади Шарх только смеётся низко, хищно, довольный каждым мгновением, каждым моим дрожащим вдохом.Его пальцы скользят по моим бокам, поднимаются выше, заставляя тело отзывать на каждое движение ещё сильнее.

Он шепчет мне над самым ухом — горячо, дерзко:

— Такая послушная девочка. Такая горячая.

Магия вокруг начинает сиять золотыми и серебристыми вспышками — наша связь зовёт, нарастает, переплетается. Не знаю откуда, но знаю, что мы все трое на пределе. Я вся, как один оголенный нерв. Еще несколько толчков Шарха и меня накрывает оргазм. Я теряюсь в этом удовольствии. Слышу как Коул стонет, мое горло заполняет горячая сладковатая жидкость, а сзади плотно вжимается Шарх.

А меня разрывает между ними, затягивая в ту самую точку, где уже невозможно понять, кому я принадлежу в этот миг — потому что я принадлежу им обоим.

Мы тонем в этом финале вместе — ярко, шумно. И когда магия стихает, на коже остаётся только тепло их рук и ощущение такого глубокого единения, которого не существует ни в одном другом мире.

Когда магия общего оргазма стихает, на коже остаётся только тепло их рук и ощущение такого глубокого единения, которого не существует ни в одном другом мире.

Шарх отпускает меня последним — пальцы скользят по талии, спускаются к бедрам и обратно. Его дыхание всё ещё сбивчивое, но уже тёплое, довольное, как у хищника, вернувшегося в своё логово.

Я осторожно выпрямляюсь, ноги всё ещё дрожат, и сажусь между ними на диван. Оба мужчины прикасаются ко мне. Так приятно. Хочется свернуться клубочком и спать между ними.

Но уснуть не получилось, потому что кожу резко запекло. А потом, рядом с меткой Айса проступили еще две.

Золотая линия, напоминающая огонь Коула, но с тонкой серебряной прожилкой и серебряно-ветряная спираль Шарха.

Их собственные метки тоже изменились: стали глубже, насыщеннее. Я смотрю на это в тихом шоке. До этого от секса с мужчинами ничего такого не происходило. Что за бонус от секса втроем?

Шарх улыбается так широко и самодовольно, что кажется — отблеск этой улыбки отражается даже в стекле шкафа напротив.

— Полюбила нас, кошечка, — тянет он, глядя прямо на мою новую метку.

Я отрицательно качаю головой — это слишком громкое слово, слишком большое, и я не уверена, что готова произнести его, даже мысленно.

Но Шарх только ухмыляется, подтягивает меня ближе — так легко и прижимает к своей груди. Его губы мягкокасаются моей макушки, задерживаются там, словно ставят какой-то свой знак.

Он шепчет в мои волосы:

— Ага. Как скажешь, милая. Как скажешь.

Но в его голосе — такая уверенность, что спорить бессмысленно. Да и не сильно хочется. Тело еще слегка пульсирует от полученного удовольствия. Буду спорить позже. Вот отдохну и сразу все им… пальцами покажу.

Утро нового дня после наших развлечений в лаборатории, которые принесли мне новые татуировки на теле, встретило меня тишиной, но внутри не было никакого покоя. Я проснулась не сразу — сначала почувствовала отклик. Свет внутри груди тёпло разливался по коже, шёл мелкими кругами, узнавая пространство вокруг… и тех, кто в нём находился.

Стоило мне подумать о Коуле — внутри вспыхнуло мягкое, ласковое тепло, оно чем-то было похоже на самого Коула. Стоило вспомнить Айса — грудь будто заполнял холод, но он был особенный. Словно на эти несколько мгновений, он становился моим собственным. А мысли о Шархе… Внутри поднималась лёгкая вибрация, не ветер, конечно, но такое… игривое спокойствие. Невозможно описать словами, пока не ощутишь этого.