Книга Больше не кукла, страница 41 – Ольга Островская

После общения с императорской четой и ни-одо Аракешем Са-ард и Шоа-дар некоторое время занимались навигацией и анализом информации о каких-то дагрийцах, которую им скинул отец. Я, наблюдая за ними, даже успела немного задремать в кресле, которое для меня настроил змей старший. Треш при этом устроился у моих ног, согревая своим теплом.

А когда проснулась, Шоа-дар предложил составить ему компанию, пока он будет готовить обед для нас всех. Само собой, я согласилась. Даже предложила помочь с этим делом. Са-ард,послушал нас, послушал и тоже решил присоединиться.

Так что в пищевой отсек мы подались все вместе. А дальше я вживую наблюдала потрясающую картину, как двое мужественных, экзотически привлекательных мужчин увлечённо готовят огромное количество пищи. Особенно меня поразило, когда они решили делать пельмени, признавшись, что это блюдо я для них готовила.

Треш, за это время умял несколько штук каких-то фруктов, немного напоминающих питайю с виду.

Я же, воспользовавшись возможностью, попыталась выспросить у на-агаров как можно больше о жизни в империи.

− А почему я вас понимаю? И вашего императора... и отца? – спрашиваю, долепливая последний пельмень. Краем глаза наблюдая за тем, как Шоа-дар вылавливает из кипящей воды первую порцию уже готовых. – Вы все знаете мой родной язык?

Это предположение кажется невероятным. Да и не уверена я сейчас, на каком языке они все говорили. И даже, на каком говорила я. И это в высшей степени странно.

− Мы его действительно знаем, − произносит Са-ард, нарезая запечённое мясо. – Изучили, отправляясь за тобой. Император А-атон знает тоже, скорее вс-с-сего. Ведь это так же родной язык императрицы. Но говорил он на аш-ш-шарском. А поняла ты его потому, что во время пребывания в регенерационной капсуле тебе был имплантирован универсальный лингвистр новейш-ш-шего образца. Такими же пользуемся мы с братом. Теперь ты сможеш-ш-шь понимать и разговаривать на всех языках, которые внесены в его базу. И в ус-с-скоренном темпе изучать новые.

С каждым его словом мои глаза становятся всё больше. Да и челюсть явно пора уже подбирать. Я даже не знаю, что меня больше поразило. То, что императрица действительно оказалась землянкой, да ещё моей землячкой. Или то, что мне без спросу что-то имплантировали.

И вроде бы эта штука полезная и нужная, по крайней мере, по их словам. Но почему они у меня не спросили?

Становится не по себе. И обидно. Будто они обманули моё доверие.

Ничего не могу с собой сделать. Хорошее в общем-то настроение неумолимо портится. Просто это… больная тема, да. Любимый мозоль, так сказать. Или триггер… не важно, в общем. Суть одна.

На-агары, кажется, улавливают что-то. Потому что посматривают теперь на меня с хмурой задумчивостью. Но ничего не говорят. Да и я тоже. Не ругаться же с теми, кто меня исцелил,из-за того, что к исцелению прилагался бонус в виде этого супер-пупер лингвистра.

Но спустя некоторое время мне в голову приходит ещё одна мысль. Пугающая и жутко неприятная. И молчать теперь уже никак не получается.

− Скажите… − замираю я, когда мы уже собираемся нести всё приготовленное в комнату отдыха, чтобы пообедать, или уже даже поужинать. – Этот ваш лингвистр, это единственное, что мне имплантировали во время лечения?

− Да, Ж-шеня, − спокойно отвечает Са-ард.