Книга Рыцари и ангелы, страница 141 – Майя Яворская

– Вот именно – «от нас». Я чувствую, что живу по какому-то чужому сценарию. Нет у нас семьи. Да, я когда-то уступил Дарье. Психологически. И потом всю жизнь ей проигрывал. Да, засовывал язык в жопу и убеждал себя, что всем доволен. Что мне такая жизнь нравится. Безупречный дом, безупречная жена, чего еще хотеть? А потом появилась ты. Для меня это было как глоток свежего воздуха. Прости за банальность. И я поверил, что может быть по-другому. Как-то душевно, тепло. И дом – не выставка достижений материального достатка. Не подтверждение социального статуса. А родное гнездо, в которое хочется занырнуть и свиться калачиком. Где всегда тепло и уютно. Пиво и чипсы перед телеком по вечерам. Старые киношки, а не тупая лабуда без сюжета, но с массой спецэффектов. А что я получил на самом деле? Смазливую аватарку, за которой стоит этот Цербер в юбке. Это она, твоя сестра, решает, как нам жить и что нам делать. Прости, но я повторюсь. Мне кажется, даже когда мы занимаемся любовью, она сидит рядом и указывает, на каком боку и в какой позе.

– Господи, что за бред? – Мила постаралась максимально округлить глаза, чтобы создалось впечатление, что она другого мнения. – Алла заглядывает сюда очень редко. И то, когда тебя нет.

– Да причем тут сколько раз в день или неделю она сюда приезжает. Вопрос в другом. Зачем? Взрослые люди, у каждого должна быть своя жизнь. А она как клещ впилась. Это что вам обеим от меня надо? Я так думаю, что Алла специально тогда притащила тебя к Елене Борисовне, зная, что приеду я. Подсунула тебя мне, а я, как дурак, женился.

– Чушь собачья! Мы с сестрой на выставку в Кремле собирались. Забыл?

– Сказать можно все что угодно. А по факту…

– А по факту, у тебя дом, семья, забитый холодильник. Я тебя каждый день встречаю, целую. Никто тебя не пилит, замечаний не делает. Живи да радуйся.

– Не могу! Ненастоящее все это какое-то. Как потемкинская деревня. Я думаю, здесь какой-то расчет. И стоит за этим твоя сестра.

– Да она просто заботится обо мне. И о тебе тоже.

– А мне этого не надо. Дарья обо мне тоже заботилась. По-своему. Создавала свой вымышленный идеальный мир, а потом строгала меня, как Буратино, чтобы в него вписать. И я уступал. Всегда и во всем, хоть мне это и не нравилось. Потому что родители внушили, что брак – это компромисс. И я на него шел. Всегда. И даже не замечал, что это не семья, а какой-то суррогат. А потом появилась ты. Сначала подумал, ну вот они – нормальные человеческие отношения. А потом стал прозревать. Трясут у меня под носом тарелкой супа и утверждают, что мне большего ничего не надо. Опять создают вымышленный мир. С той разницей, что сытый. А я устал быть марионеткой. Я хочу быть просто собой.

– Да будь, кто тебе мешает.

– Ты. Нет, даже не ты. Твоя сестра. Мне дышать просто нечем от ее опеки. Я так больше не могу. Мне плохо. Мне очень плохо! Давай разведемся?!

– Да хоть сейчас! – пожала плечами Мила. – Мне надоело твое вечное недовольство и придирки по любому поводу.

– Вот дура! – прошипела сквозь зубы Алла.

Пора было выйти из укрытия и вмешаться в семейный скандал, пока идиотка-сестра все не испортила. Сколько сил было потрачено, сколько надежд возлагалось на этот брак. И вот, когда уже до намеченной цели осталось совсем чуть-чуть, Мила готова все изгадить. Что с ними теперь будет? Опять жалкое существование в крошечной квартирке, где у ребенка даже нет своего угла? «Господи! Ну за что мне все это?!» – мысленно взмолилась Алла. Но ответа, разумеется, не последовало. На глаза от отчаяния и обиды навернулись слезы. Ведь не для себя же старалась. Ей самой уже давно ничего не надо. Лишь бы Варенька жила в нормальных условиях.