Книга Ошибочка вышла, страница 79 – Ника Ракитина, Варвара Кислинская

— Я, Андрей Ильич, историком хочу стать. А чтобы лучше прошлое видеть, хочу научиться суть вещей прознавать. Чтобы вот взять в руки пусть даже камень старый, а он тебе расскажет-покажет, чем был раньше: может, утесом диким, а может, домом чьим-то, и кто на том утесе стоял, кто в доме жил, какие люди, с какими помыслами.

Договаривала она уже совсем тихо, засмущавшись своих мечтаний.

— Потрясающе! — искренне восхитился Андрей. — И почему в сыске таких специалистов нет? Так вот возьмет волшебник в руки орудие убийства да и увидит супостата. Или вот, к примеру, украли ценность какую, а тут вы, Марина Викторовна, ручкой по комоду, на котором та ценность стояла, провели да и вызнали, кто с него что уносил. А то подумайте, — добавил в шутку, — может, вам как раз не в историки, а в наше ремесло дорога.

— Да кто ж девчонку в сыщики возьмет? — возмутился Ванька.

— А почему не взять? Я вот, когда в полиции Властинца служил, там женщины и с магией, и без нее работали. Ежели душак сыску лежит, женщина побольше того мужчины, что без интереса лямку тянет, сделает.

Так за разговорами и любованием осенней природой доехали они до села Плесово. Еще за околицей ватага босоногих мальчишек помчалась за самоходкой. Малышня пыталась если не уцепиться, то хоть дотронуться до красивой городской штуковины, которую в селе отродясь не видали. Одному, мелкому, но самому бойкому таки удалось вскочить на подножку рядом с Андреем и удержаться, уцепившись за рожок.

— Дяденька, прокати! — заверещал пацан.

— Залезай! — весело ответил Звягинцев. — Покажешь, где Кузьма Конищев живет.

— Отчего не показать, — солидно ответил мальчишка, перелезая через Андрея и ввинчиваясь между ним и Мариной.

Вслед им неслось завистливое улюлюканье остальной ватаги.

Дом, перед которым мелкий велел остановиться, был большим и добротным, с широким подворьем и многочисленными пристройками для скота. Звягинцев сразу и не смог определить, для какой живности что предназначено. Все же совсем он не деревенский человек.

Высокий жилистый парень латал крышу на одной из сараюшек, но увидев остановившуюся самоходку, лихо спрыгнул на землю и пошел навстречу гостям.

— Доброго дня вам, — улыбнулся еще издалека, присмотрелся. — Да никак Марина Клюева! Ух, какая красавица выросла!

— Здравствуйте, дядя Кузьма! — вылез вперед Ванька.

— И Иван здесь! Приветствую! Какими судьбами к нам? По какой вдруг надобности? Неужто квартиру купить? Так телеграфировать могли же, я бы сам приехал.

Андрей мысленно постучал себя по лбу: такой простой способ и не пришел ему в голову. С другой стороны, не напишешь же в телеграмме «Нет ли у вас, мил человек, раритета шинджурского, коих в мире всего несколько штук осталось?». За психа примут. Да и срывать с места семейного человека не дело. С третьей — речь о жизни и смерти Ланской идет, тут не просто спрашивать, в глаза смотреть надо, магию включать, чтобы быть уверенным: не врет Конищев.

— Здравствуйте, — сыщик протянул руку для пожатия. — Андрей Звягинцев. И мы к вам совсем по другому делу.

— Так заходите в дом, там и поговорим. Устали, небось, смотрю, долго ехали, — он указал на запыленную машину. Еще один сыщик, посмотри-ка! — Молочка холодного хотите?

И, обернувшись к дому, крикнул:

— Стеша! Гости у нас, готовься там.