Книга Ошибочка вышла, страница 96 – Ника Ракитина, Варвара Кислинская

Договорить госпожа Володенская не успела. Дверь распахнулась решительно, и в кабинет ввалился странного вида мужчина: невысокий, щуплый, в плоской клетчатой кепке, из-под которой во все стороны торчали полуседые волосы, в помятом пиджаке, с фотокамерой на шее и с какими-то палками подмышкой.

— Роза Фернандовна, да за что?! — театрально вопросил он, заламывая руки.

— Господин Футиков?! — приподняла брови директриса.

— Я! Ночь не спал! По вашему заказу оду целую хвалебную состряпал сыщику этому! А в ответ?!

— Что? — в словах женщины звучало искреннее недоумение.

Марина тоже недоумевала: получается, это Роза Фернандовна статью ту организовала. Зачем ей? Странноэто.

— Опровержение! — патетично произнес человечек со слезой в голосе. — Облыжно я, видите ли, полицию хулил, ибо есть она опора и надежа наша супротив преступных элементов!

Володенская хмыкнула, но перебивать не стала, глядя на посетителя с любопытством вивисектора. Марине от этого взгляда нехорошо сделалось, не позавидовала она господину Футикову, но хоть порадовало, что в Андрее Ильиче не ошиблась — не хвастун он, уж точно.

— И вот что я вам скажу! — репортер воздел палец к потолку. — Будет! Будет ему опровержение! С доказательной базой и пущей компрометацией! Ибо не след обесценивать труд честного труженика!

— Та-а-ак! — протянула Роза Фернандовна прищурившись. — И что же за база у вас, господин Футиков, такая, что за компрометация? Уж расскажите, потешьте.

— А то, дорогая моя Роза Фернандовна, что своими глазами видел я и на камеру снял, что этот ваш спаситель старушек и юниц по морде от писаной красавицы получил! Вот прямо на улице, среди бела дня! Ах, как она кричала, как обвиняла его! Бросил такую женщину! Интрижку с малолеткой не самых честных правил завел! Малолеткой!

— Ш-ш-што? — прошипела едва слышно директриса и покосилась на Клюеву, сидевшую тише мыши.

Но господин Футиков, похоже, не понял, что только что переступил некий Рубикон. Он продолжал вещать.

— Все, все это у меня задокументировано фотографиями! Вот напечатаю их и отдам в тираж! Со статьей! О том, как пыль в глаза пускать умеют некоторые своими сомнительными подвигами и честную прессу в заблуждение вводить! Вот такое устрою я ему опровержение! И скажете, я не прав?! Я глас народа, его окно в мир! Если в газете прописано, стало быть, так и есть. А не вот это вот: опровержения всякие! А то стараешься, работаешь…

Госпожа Володенская начала медленно подниматься из-за стола.

— Футиков, — произнесла она нежно, почти пропела, — тебе работа твоя не дорога?

— Что? — осекся на полуслове мужичонка.

— Ты глас народа или сплетниц дворовых? Ты почто хорошего человека грязью облить решил? Ты хоть подумал, что ученицу мою такой инсинуацией опорочишь?! — голос директрисы силу набирал медленно, но взрыв был не за горами. — Ты «факты» свои хоть иногда проверяешь? Или лишь бы жареным пахло?!

— Да я же… — уже не так самодовольно проблеял господин Футиков и похлопалладонью по камере.

— Ты, бездельник, сейчас к околоточному пойдешь и про дело это все выспросишь — и как Звягинцев с полицией сотрудничал, и как вместе они Ланскую спасали. А хочешь про скандалистку эту писать, так сначала узнай толком, кто она!

— А-а-а… кто?

— Я-то знаю, а ты свою работу делай! Сам!