Книга Под знаком снежной совы, страница 149 – Анна Осокина

— Сударыни, позволите угостить вас ужином?

Я с мольбой посмотрела на Тосю: это же она мастерица ставить на место наглых мужчин. Но она взглядом показала мне, что ничего не может сделать, а потом шепнула:

— Ну, неудобно отказывать, он же нам помог!

Я вздохнула, стараясь не показывать недовольство, и выдавила улыбку.

— С радостью отужинаем в вашей компании, Степан Петрович.

— Во-о-от, это я понимаю! Игристого вина дамам! — крикнул он официанту, хотя тот находился в двух шагах.

На нас покосились несколько посетителей. Я опустила глаза. Хотелось провалиться сквозь землю. Не люблю привлекать внимание. Но громким заказом он не ограничился: скабрезные шуточки и развеселые туповатые истории продолжились, на нас то и дело поглядывали другие гости. А Степан Петрович словно и не нуждался в собеседниках, лишь в зрителях. Театр одного актера какой-то! А когда принесли ужин, он накинулся на дорогие яства так, будто в первый раз их пробует. Да уж, послал Бог помощничка, ничего не скажешь. Но все же если бы не он, возможно, мы еще стояли бы на дороге.

Наскоро закончив трапезу, мы с Тосей переглянулись и начали подниматься. Но не тут-то было: мужчина крепко схватил меня за руку двумя ладонями.

— Ну что ж вы так рано, Августа…

— Константиновна, — напомнила я, потому что, судя по паузе, он не запомнил мое отчество.

— Да, Августа Константиновна, не покидайте меня так рано. Я еще заказал десерт! — он чуть ли не облизнулся.

Меня передернуло. Не таясь, резко вырвала руку из его захвата.

— Благодарю покорнейше, сударь, однакомы вынуждены отказать.

— Мы очень устали, хотим отдохнуть, — добавила Тося. — Спасибо за угощение.

— Нет, я так не согласен! — на весь зал проголосил Степан Петрович и тоже поднялся. — Ну, разрешите хотя бы проводить таких прелестных дам до ваших комнат? — Он каким-то театральным движением снова схватил меня за руку и попытался поцеловать. Мне показалось, будто он резко захмелел сильнее.

— Степан Петрович! — не выдержала и повысила голос я. — Пожалуйста, придерживайтесь правил приличия!

Опять вырвала руку и отступила на несколько шагов. Он схватился за сердце.

— Ах, вы ранили меня, милая Августа! Ранили прямо в сердце!

На нас, не таясь, смотрели все гости, к столу поспешил официант.

— Я могу вам чем-то помочь? — обратился он сразу ко всем троим, видимо, желая уладить конфликт.

— Нет, мы уже уходим, — Тося схватила меня под руку и потащила к выходу.

— Августа! Я п-прду к вам псле ужна, Августа! — громко воскликнул Степан Петрович, еле ворочая языком.

Да он пьянел прямо на глазах! Я дернулась, чтобы все ему высказать, но Тося крепче сжала меня и повела из зала.

— Не пререкайся с пьяными, себе дороже, — прошипела она. — Он утром ничего и не вспомнит.

Как бы я ни была зла на этого пустозвона, но Тося казалась права. Лучше тихо уйти и запереть дверь в комнате на все замки. А утром разъедемся каждый своей дорогой.

***

Проснулась я от жуткого женского крика. Волосы на руках мгновенно поднялись дыбом, сон как рукой сняло. За окном было темно. Я услышала, как в коридоре захлопали двери, впопыхах накинула халат на ночную рубашку и тоже отперла дверь. Сделала шаг из комнаты и тут же вступила во что-то мокрое. Жидкость мгновенно пропитала ночные матерчатые туфли. Глянула под ноги и обомлела, в глазах заплясали черные мушки: я стояла посреди громадной бордовой лужи. А рядом… Матерь Божья!