Книга Пообещайте мне любовь, страница 21 – Анюта Тимофеева

И вот открывается дверь и входит надменное инопланетное нечто. Красивый, без сомнения, экзотичный… Среднего роста, гибкая фигура, короткие темные волосы, неуловимо чуждые, непривычные для местных черты лица. Все-таки инопланетник? Матерь Всего Сущего! Конечно, придется его ото всех защищать. А еще хочется надеяться, что инопланетник здесь по своей воле и не будет пытаться сбежать или что-то с собой сотворить. Иначе… иначе проще самому напиток Прощания выпить или, еще лучше, несчастный случай с собой изобразить — хотя бы его собственный парень живым и целым останется.

Кристиана

На Совете, куда Кристиана отправилась вместе с мамой, следуя чувству долга, вдруг предложили необычное развлечение.

Вначале госпожи недоуменно переглядывались, слушая первые аккорды необычной мелодии, а потом открылась незаметная боковая дверь и в зал вошел кто-то, закутанный в полупрозрачные газовые покрывала серо-голубого цвета.

Музыкальное сопровождение наводило на мысли о земном Востоке. Кристиане стало интересно: восточная танцовщица? Вроде бы женщины здесь очень редко развлекают других женщин.

Нет, все было традиционным, потому что вошедшим был мужчина, но на этом предсказуемость закончилась.

Музыка набирала силу: она началась как тягучая восточная мелодия, потом рассыпалась серебряными колокольчиками, и танцор начал свое выступление. Легкие накидки обвивали его тело и разлетались в стороны, когда он кружился в танце.

Криста не знала, удивит ли выбор именно этого исполнения других женщин, но она, бывая на Земле, видела выступление девушек, которые исполняли танец живота, и получила тогда огромное удовольствие. И вовсе ничего пошлого не было в том выступлении, потому что танец нужно смотреть не в грязном кабаке, где каждый может за монету облапить танцовщицу, а на большой сверкающей огнями сцене, как она тогда. Роскошные яркие костюмы танцовщиц, сверкающие стразами, закрытые максимально, но от этого еще более эротичные и красивые, зажигательное выступление… она даже сама загорелась идеей научиться этому танцу, но быстро поняла, что это не для нее. Нет данных, терпения, достаточного желания для бесконечных тренировок и репетиций. Но с тех пор у нее к этому искусству было особенное, трепетное отношение.

Сейчас ей особенно понравилась идея с этими бесконечными вуалями-покрывалами — почему-то наложникам принято было выступать полуголыми, но от этого терялась всякая интрига.

А сейчас выступающий, в очередной раз опустившись всем телом почти до самого пола, поднялся неуловимо-гибким, текучим движением, и стал медленно снимать вуали. Развязанные, они стекали по его телу рассчитанно-соблазнительными движениями на пол, и оставались лежать светлыми островками. Танцор освободился от последней вуали, откинулся назад почти параллельно полу и начал подниматься медленными волнообразными движениями, позвякивая серебрянымибраслетами. Поднявшись, он одарил зрительниц счастливым и уверенным взглядом человека, который получает огромное удовольствие от того, что он делает.

Кристе запомнилась золотистая загорелая кожа, красиво контрастирующая с его бирюзовым нарядом, и восточные черты лица: черные брови вразлет, огромные темные выразительные глаза, чуть капризный изгиб красиво очерченных губ. На плечи волной падали темные блестящие волосы. Красавец, совсем не венговский блондин. Скорее всего, в нем можно было бы заподозрить клона, но выступлением клона вряд стала бы так гордиться хозяйка.