Книга Ненужная. Рецепт для Дракона, страница 53 – Александра Берг

А вот для Корина. О, для него всё было иначе. Боль. Унижение. И я вдруг поняла, почему он приказал сжечь конверт. Бывший муж захотел досадить мне. Чтобы я понервничала, возможно.

Очередное дно было пробито. Этот его поступок… гнилой, мелочный, собственно, как и он сам.

Уголки губ снова поползли вверх. Свидетельство о расторжении брака я сложила и, не глядя, сунула между страниц старого блокнота.

— Ну, значит, решено! — хлопнула я в ладоши. — Будем жить вместе.

— Но… — хрипнула Марта.

— Никаких «но»! Вместе веселее, к тому же мне понадобится ваша помощь.

Марта всхлипнула. От таких, переполняющих эмоций, мята уже была бессильная.

— Наша жизнь только начинается, — прошептала я.

Едва тёплые объятия Марты сомкнулись на моих плечах, как тишину дома расколол оглушительный раскат грома. Секунду спустя по крыше и оконным стёклам забарабанил дождь.

Марта отскочила. Слёзы на её лице мгновенно высохли, уступив место чистому ужасу.

— Дождь! — взвизгнула она. — Святые боги, наши вещи!

Не говоря больше ни слова, мы бросились к выходу. Распахнув дверь, я поняла масштаб катастрофы. В саду действительно были хаотично разбросаны чемоданы, сундуки, перевязанные бечёвкой.

— Вы ведь не думали, — пропыхтела Марта, подхватывая тяжеленный кожаный саквояж, из-под крышки которого уже сочилась вода, — что я последнюю побрякушку им оставлю? Мы с Йозефом забрали всё, что по праву наше. Чужого, само собой, не трогали.

Сообща мы втащили поклажу внутрь. Мокрые сундуки и чемоданы один за другим отправлялись в прихожую, и с каждого на пол натекала целая лужа. Через несколько минут всё было кончено. Промокшие до нитки, тяжело дыша, мы замерли посреди горы багажа, загромоздившего весь холл. Дом, ещё недавно пустой вдруг стал тесным.

Мартаоглядела лужи на полу, мокрые следы, и снова всхлипнула.

— Ох, Этери… Мы только хаос с собой привезли.

Я рассмеялась, смахнув с лица мокрую прядь волос.

— Марта, это не хаос. Это жизнь. А теперь идём пить чай. Горячий-горячий.

На следующий день на рынок я не пошла. У меня появилось дело поважнее. Решила остаться с Мартой и Йозефом, чтобы показать им дом, обветшалый сад… хотя показывать-то было особо и нечего.

Порез на щеке Йозефа почти затянулся. Ещё раз нанести мазь на ночь, и от раны не останется и следа.

О случившемся в доме Корина, о той унизительной сцене, молчаливо договорились не вспоминать. Цепляться за прошлое? Сейчас это ни к чему. Поэтому после скромного завтрака, мы вместе принялись разбирать багаж, сваленный в холле.

На свет, точно сокровища, появлялись простые, но такие важные вещи: стопки тарелок, переложенные тряпицами, керамические кружки, тяжёлые чугунные сковороды, начищенные до матового блеска, и даже сияющий тусклой медью таз для варки варенья.

В голове не укладывалось, как эти двое смогли донести на себе такой скарб. Но глядя, как Марта с сосредоточенным и деловитым видом расставляет свою утварь, я чувствовала жгучую, почти детскую радость. Её уверенные, отточенные годами движения, звонкое цоканье керамики о дерево — каждый звук изгонял из моей кухни запустение. Она наполнялась не просто вещами, а жизнью, обещанием будущего уюта и запаха горячего хлеба.

Среди этого богатства нашлось нечто совершенно драгоценное — пара баночек рубинового малинового варенья.