Книга Шлейф сандала, страница 227 – Анна Лерн

— Это все ваши дети? — спросила она, взглянув на меня исподлобья.

— Можно сказать и так. Дети чужими не бывают, — ответила я. — Особенно, когда на тебе лежит ответственность за них.

— И вам нравится вот так жить? — она обвела взглядом комнату. — Почему брат не заботится о вас?

— А почему он должен заботиться обо мне? — усмехнулась я, хватая визжащую Машутку. — Я сама себе хозяйка. Или вы считаете, что счастье заключается в шикарной жизни? Не для всех. Для меня намного важнее другие вещи: дружба, семья, теплая компания, а главное — честность по отношению к себе и другим.

— Мне казалось, для мужчины дело чести — обеспечить свою… свою… — она замялась, не рискуя снова повторять слово «любовница».

— Мы с вашим братом никогда не состояли в близких отношениях, — сказала я, сжимая теплые ручки Машеньки. — Думаю, ему бы очень не понравились ваши предположения.

Нино недоверчиво смотрела на меня.

— Может, вы еще скажете, что Давид не увлечен вами?

— Не скажу. Во-первых, это довольно нескромный вопрос. А во-вторых, это личное дело, которое касается только нас двоих, — с взбалмошной девчонкой я уж точно не собиралась обсуждать наши с князем чувства.

— Значит, так и есть… — задумчиво сказала она. — Что ж, это не удивительно… вы отличаетесь от других женщин. Наверное, именно это и притягивает брата…

В этот моментхлопнула входная дверь, и послышались быстрые шаги. В гостиную вошли госпожа Хатуна, а с ней Кэто Эристави.

— Нино, немедленно иди в экипаж, — холодно приказала госпожа Хатуна, почему-то буравя меня своим темным взглядом.

Девушка послушно вышла из гостиной, оставив нас. Машутка на моих руках замерла, испуганная появлением незнакомых дам. Кэто, одетая в черное, была похожа на ворону.

— Я так понимаю, вы не остановитесь ни перед чем, Елена Федоровна? — старуха стукнула тростью об пол. — Теперь вы взялись за Нино?

Я собиралась прямо сказать двум высокомерным дамам, что не стоит говорить со мной свысока, а еще четко обозначить то, что считаю недопустимым. Мне было абсолютно наплевать на их претензии.

— Объяснитесь, пожалуйста, — холодно потребовала я у пожилой женщины, после чего опустила Машутку на пол и шепнула ей: — Беги к Прохору.

Девочка выбежала из гостиной, а старая Кэто гневно сказала:

— Это вы должны объясниться! Почему Нино сбежала из дома, а потом странным образом оказалась у вас? Может, это вы вложили ей в голову мысли о побеге? Беспринципная женщина!

— Я даже не знакома с ней, — было понятно, что без скандала не обойтись. В их глазах я была виновна во всех смертных грехах. Они видели во мне опасность из-за Давида. — Поэтому все ваши домыслы оставьте при себе. Они не имеют ничего общего с реальностью.

— Вы вообще понимаете, с кем разговариваете? — процедила сквозь зубы прабабка Давида. В ее взгляде сверкали молнии, и он стал змеиным, парализующим. — Елена Федоровна…

— Я прекрасно понимаю, с кем разговариваю, — не менее презрительно ответила я, не дав договорить ей. — Только объясните мне на конкретных примерах: чем вы лучше остальных людей? Почему я должна разговаривать с вами как-то иначе? Тем, что по воле судьбы вам посчастливилось родиться в благородной семье, а не в избе на соломенном тюфяке?

— Что? — старая Кэто опешила. Ее глаза стали увеличиваться в размерах. — Я не ослышалась?