Книга Истинная для мужа - предателя, страница 40 – Кристина Юраш

— Не знаю, — пожал плечами дворецкий, поглядывая на фигуру. — Телохранители, насколько я знаю, вообще молчаливые. А я еще думаю, что герцог немного ревнует, поэтому запретил ему говорить. Но это лишь мои догадки. Так что вам придётся потерпеть вынужденное соседство какое-то время.

— А не может он охранять меня из соседней комнаты? — попыталась я в последний раз.

— Нет, — отрезал Джордан, и тут же его голос стал тихим, словно он пытался предупредить меня об опасности. — Он должен быть рядом. Всегда. Род Леоноры — не шутка. Среди них — маги крови, теневые убийцы, те, кто умеет стирать память одним взглядом. Обычная стража не выдержит и минуты. А он… — дворецкий замолчал, потом добавил тише: — Он выдержит всё.

— Пусть он снимет маску! — потребовала я. — Просто она… она меня немного пугает!

— О, госпожа. Он не может этого сделать! — тут же произнес дворецкий.

Меня действительно пугала эта маска. Зловещий оскал, который смотрел на меня. Такой ночью увидишь — спросонья испугаешься!

— Почему? — спросила я.

— Не знаю, — пожал плечами дворецкий. — Мне о нем почти ничего не рассказывали. Сказали представить вам. Может, это связано с каким-то древним орденом или с клятвой. А может, просто ваш супруг потребовал, чтобы вы не видели его лица. Он, знаете ли, очень вас ревнует!

— Ревнует? — усмехнулась я, в смехе была горечь. — Ну конечно, ревнуют те, кто сами изменяют.

В этот момент я услышала хруст, словно хруст костей. Телохранитель снова сжал кулаки.

Н-да, мрачный тип.

Я смотрела на этого молчаливого исполина и чувствовала, как внутри что-то сжимается. Не страх. Не гнев. Что-то глубже. Я не могла понять, что это за чувство. С одной стороны, я побаивалась этой личности. С другой — была раздражена заботой герцога, но было и третье чувство, словно что-то притягивает в его загадочном образе.

«Подумай сама. Ему тоже неохота сидеть здесь. Вот мне бы было бы неохота! Он — человек подневольный. Ему сказали: надо, значит надо!» — думала я.

Но в то же время всё, что исходило от мужа, вызывало раздражение. Абсолютно всё! Его защита, забота, его попытки поговорить — всё это вызывало внутри взрыв, протест. Как у ребенка, которого заставляют есть манную кашу.

Я не сильно верила в то, что Леонора и ее семейка пойдет на убийство. Но выбора у меня не было.

— Может, сам сделать чай? — спросил Джордан.

— Не надо. Я очень устала, поела, а теперь просто хочу спать, — призналась я.

— Понимаю, — кивнул дворецкий. — Вам позвать служанок, чтобы они помогли раздеться, или… или вы сами, как вы обычно делаете?

— Сама, — кивнула я. Я не хотела чувствовать себя снова немощью, которая не может даже платье с себя снять! Я вспоминала это чувство беспомощности, и меня передергивало.

Теперь мне хотелось как можно больше делать самой. Чтобы почувствовать, что я жива. А то я никак не могу свыкнуться с этой мыслью.

Дворецкий вышел, а я осталась в комнате одна со зловещей тенью, которая тут же по-хозяйски упала в кресло. Он сидел, широко расставив ноги. Черный плащ стелился по полу, а я видела, как натянулись черные штанына его коленях, как поблескивает пряжка ремня, как вздымается широкая грудь, туго обтянутая черной бархатной тканью.

Руки в перчатках легли на подлокотники, а маска… Маска не выражала никаких эмоций.