Книга Истинная для мужа - предателя, страница 5 – Кристина Юраш

И когда я разлепила глаза, то увидела нечто странное. Из моей груди, прямо из сердца, выходила нить.

Тонкая. Полупрозрачная. Светящаяся, как паутинка под утренним солнцем. Она тянулась вверх — сквозь потолок, сквозь облака, туда, где, наверное, живёт Судьба.

Я никогда раньше её не видела. Но в эту секунду поняла: это моя нить жизни.

Я замерла. Сердце заколотилось. Видят ли её другие? Почему я вижу?

Осторожно, дрожащей рукой, я провела пальцами по груди — туда, откуда она исходила. И нить шевельнулась. Легко. Как струна, к которой прикоснулись.

Она не оборвалась.

Ещё нет.

Но стала тоньше.

Как будто кто-то там, в вышине,начал медленно, без злобы, но неумолимо перерезать её ножницами.

Нить никуда не исчезала, и это было удивительно. Что это? Последние галлюцинации? Или ее видят все, кто умирает?

С каждым моим кашлем, с каждым шепотом… Эта нить становилась все слабее и слабее.

— Госпожа, — послышался голос молодой служанки, отвлек меня от мыслей. — Вам пора кушать.

Я с трудом разлепила губы, чувствуя, как бульон обжигающе горячий. Она просто издевалась. Даже не подула на ложку.

— Горячо, — хотела прошептать я, пытаясь отклонить голову.

Горячий бульон обжигал губы, но боль была не от него.

Глубоко внутри, в груди, где должно было биться сердце, что-то шевельнулось.

Тепло. Медленное. Яростное.

И тут я заметила нечто странное. Букет, стоявший возле кровати. Нет, не сам букет. К букетам я уже привыкла. Цветок! Один единственный цветок шевелился. Он скрючивался, сбрасывал лепестки, усыхал и сморщивался.

Один! Единственный! При этом все цветы выглядели свежими.

Служанка этого не видела. Она была слишком увлечена своей местью, чтобы заметить эту странность.

Я пыталась дуть на ложку, но она оказывалась у меня во рту раньше, чем успевала остыть.

Этот взгляд сверху вниз. Эти искорки в глазах. Эта маленькая сладкая месть за то, что она вынуждена тереть полы, пока кто-то беззаботно ходит по ним, шурша роскошным платьем.

Я кашляла, пыталась поднять ослабевшую руку. Но сил не хватало.

— Вот и славно, госпожа, — заметила она игривым голосом, небрежно вытирая мне рот салфеткой. — Ваш супруг приказал мне сидеть с вами, пока он не вернется.

Она унесла посуду и вернулась, закрыла дверь изнутри, а потом по-хозяйски развалилась в роскошном кресле.

Она разулась, снимая некрасивые туфли, и сложила стройные маленькие ножки на подставку для ног, хотя слугам такое категорически воспрещалось.

Я понимала, что силы покидают меня, шепот стал сильным. И вдруг нить, связывающая меня с чем-то… оборвалась! И я только успела схватить ее в воздухе, сжимая изо всех сил.

Я — дракон, а люди — ресурс.

Это правило моего отца я повторял себе каждый день.

«Нельзя привязываться к людям, сынок. Они всего лишь люди. Их жизнь до постыдного короткая!» — слышался в голове голос отца.

«Боги, когда же она умрет уже!» — пронеслось в голове, пока карета ехала в сторону столицы.

Я же ее выбрал. Но судьба отбирает ее так же, как Марту.

Я чувствовал разочарование и боль. И чувство, словно меня обманула сначала невеста, а потом судьба. Ненавижу обман.

Мне показалось, что в карете снова повеяло духами матери. «Да, милый, конечно я проведу с тобой целый день! Я же обещала! Это же день твоего рождения!» — слышал я в памяти ее приятный голос. Она погладила меня по голове, садясь в карету и снова уезжая на какой-то очередной бал.