Книга Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки, страница 31 – Юлия Ханевская

Медея в восторге осматривается.

— Можно я здесь останусь? — спрашивает она почти шепотом.

— Конечно, — киваю.

Она подходит к кровати, поглаживает ткань. Теплый свет фонариков мягко ложится на ее плечи, согревая.

Я оставляю ее одну и выхожу в коридор.

Остальные двери не поддаются, а искать ключи от замков мне сейчас совсем не хочется. Потому я доверяюсь дому, и он шаг за шагом ведет меня дальше, пока не нахожу ту, что открывается без усилия.

Ручка чуть холодна, но стоит повернуть — и дверь бесшумно распахивается.

Я замираю на пороге.

Это не просто комната.

Это хозяйские покои.

Просторная спальня, окна от пола до потолка, тяжелые шторы цвета старого золота. В углу — камин с резными узорами на облицовке, над ним зеркало в потускневшей раме.

И то же самое, что и везде — ощущение чьего-то присутствия.

Но тут значительно теплее, чем в коридоре и холле.

Я делаю шаг внутрь, ступая на мягкий ковер, и чувствую, как сквозь ладони проходит легкая дрожь, едва уловимый поток энергии.

Воздух здесь другой, он наполнен легким ароматом старого дерева и чего-то цветочного, почти неуловимого.

Я провожу ладонью по гладкому изголовью кровати — дерево холодное, но мгновенно теплеет под пальцами.

Все вокруг дышит тишиной, не мертвой, а настороженной, живой, будто дом ждет от меня чего-то.

Я подхожу к шкафу у стены. Ручки его бронзовые, потускневшие, и, когда я их поворачиваю, слышу легкий щелчок. Дверцы открываются без скрипа.

И удивленно поднимаю брови.

Внутри — одежда.

На вешалках висят платья, юбки, блузы, даже осеннее пальто и несколько теплых шалей. Пыль не тронула их. Первая мысль — передо мной вещи покойной тетушки. Но почему они моего размера?

— Сколько вопросов… — задумчиво выдыхаю я.

И ответов, конечно же, нет.

Только легкий шорох, будто кто-то тихо прошел за спиной.

Осматриваюсь, и замечаю неприметную дверьв углу. Любопытство пересиливает осторожность, и я иду к ней, открываю.

Это ванная. Настоящая, просторная, выложенная мрамором.

И в центре — большая овальная ванна, из которой поднимается пар. Вода до краев, горячая, прозрачная, пахнет свежими травами и чем-то медовым. Рядом на каменной тумбе стоят баночки и флаконы: масла, мыло, склянки с засушенными лепестками. Тут же сложенное полотенце и мягкий банный халат.

Я смотрю на все это и чувствую, как в груди поднимается трепет.

— Здесь кто-то есть? Кто все это приготовил?..

Молчание.

Я поднимаю взгляд к потолку — там под хрустальным плафоном мерцают те же волшебные фонарики, что и внизу.

— Значит, это ты… Дом, да? — шепчу я, чувствуя себя безумно странно. — Ты живой?

Ответа нет, но в тот же миг по воде проходит легкая рябь, будто кто-то прямо сейчас касается поверхности.

Я медленно подхожу к ванной и присаживаюсь на край.

Ох, мне понадобится время, чтобы все это переварить…

Уезжая из монастыря, я готовилась к холоду и одиночеству, к развалинам и пустым стенам.

А оказалась здесь — в доме, где свет сам загорается, где ждет горячая вода и кто-то невидимый, кажется, рад моему появлению.

Дейран

Кабинет погружен в сероватый сумрак.

За высокими окнами — хмурое сентябрьское небо, низкие тучи медленно тянутся над крышами, обещая дождь.

В камине почти не горит огонь, лишь несколько углей тлеют в глубине решетки.

Воздух в комнате ледяной, сухой — от дыхания поднимается легкий пар. На стенах тонко искрятся защитные печати.