Книга Прокаженная. Брак из жалости, страница 112 – Маргарита Абрамова

Я несколько раз прочитала письмо и понимала, что Марта что-то скрывает. Почему Фредерик не написал это сам?

До конца лечения оставалось четыре дня. Долгих и мучительных. Меня ужасно мучил токсикоз по утрам. Ирма говорила, что это нормально, рекомендовала пить имбирный взвар, который к тому же не просто убирает тошноту, но и обладает общеукрепляющим действием.

— Больше витаминов, прогулки на свежем воздухе, массаж ног обязательно… Александра, вы меня слышите? — доктор Грач давал указания при выписке. Про Фредерика он больше не упоминал, видимо, не хотел меня расстраивать, — Я заказал вам повозку, попрошу погрузить вещи.

Кивнула.

— Вот эти микстуры утром и вечером… — продолжил, — И жду вас через три месяца на повторный курс.

— Вы всем пациентам оказываете такое внимание? — улыбнулась ему.

— Только самым особенным, — он хмуро буркнул, — Тем, из-за которых я с большой вероятностью могу лишиться лицензии.

— У вас золотые руки, доктор, — я подъехала к нему ближе и сжала его ладонь в своей. Искренняя благодарность переполняла меня, — Благодарю вас за все. За помощь, за поддержку… за честность.

— Лучшей благодарностью будет то, что вы выполняете все мои предписания, — он не отнял руку, и его пальцы на мгновение ответили на мое рукопожатие, — Вы получили методички по физиотерапии? По упражнениям, которые нужно делать дома?

— Да. Мне все объяснили. Я уже могу шевелить пальцами на правой ноге. Вы просто волшебник.

— Был бы я им, то вы бы уже бегали. Берегите себя, миссис Демси.

— Доктор Грач, там за миссис Демси приехали, — в дверь заглянула улыбающаяся Элоди.

Сердце мое забилось с такой силой, что на мгновение перехватило дыхание. Я надеялась увидеть Фредерика, он все же приехал за мной!

Доктор выкатил мое кресло в коридор, но вместо мужа я увидела Барта.

ФРЕДЕРИК

Оставлять Александру одну в стенах лечебницы было одним из самых тяжелых решений в моей жизни. Я чувствовал себя предателем. Я бросил ее в самый ответственный момент, оставил одну с ее страхами и болью. Знал, что ничего не поделать, но грудь прожигало от вины.

Виктория, сидевшая рядом, всю дорогу молчала, уткнувшись лбом в холодное стекло кареты. Она не плакала, просто смотрела на пробегающие пейзажи, и все ее маленькое существо излучало несогласие. Ехала и хмурилась, отворачивалась, когда я пытался заговорить. Как же она быстро прониклась к Александре. Но я понимал почему. В этой хрупкой с виду девушке горел тот самый внутренний огонь, к которому хотелось тянуться. И как ее потом отпустить?

— Вики, перестань, — наконец не выдержал, нарушая гнетущее молчание, — Мы ненадолго расстались. Это необходимо.

— Ты всегда так говоришь.

Марта встречала нас встревоженная, а когда увидела, что мы прибыли без Сандры, так чуть не заплакала.

— Что вы в самом деле? — даже разозлился на всех, — Она же просто на лечении! Вы же хотите, чтобы она смогла ходить?!

— Но как же она совсем одна там…

— О ней позаботятся, — у самого было неспокойно на душе, но старался выглядеть уверенным, чтобы окружающие не разводили панику, — Доктор — профессионал, я нанял для нее помощницу.

— Может, мне поехать к ней? — предложила Марта, — Как же она с чужими-то…

— Занимайтесь Викторией! У меня неотложные дела.

Собрал некоторые документы и отправился в контору.