Книга Личная ассистентка для орка, страница 38 – Рина Мадьяр, Тая Мару

Он рушится на меня всем своим весом такой тяжёлый и я, задыхаясь, принимаю его, обвивая его руками, чувствуя, какего сердце колотится о мое. Мы лежим так, не в силах пошевелиться, прислушиваясь к оглушительной тишине, которую нарушает лишь треск углей в камине и наше тяжелое, выравнивающееся дыханием.

Он медленно, с видимым усилием откатывается на бок, но не отпускает меня, притягивая к себе так, что моя спина прижимается к его груди. Его рука лежит на моем животе, влажная и горячая.

Никто не говорит ни слова. Слова были бы лишними. Все сказано без них. Его дыхание на моей шее, его рука на мне, его тело, все еще напряженное, прижатое к моей спине.

Я лежу с открытыми глазами, глядя в темноту. Ощущаю небольшую тянущую боль между ног как сладкое напоминание о произошедшем. Я больше не баронесса. Не ассистентка. Я его. И впервые за долгие, долгие годы я чувствую себя по-настоящему, безоговорочно на своем месте.

Он целует меня в плечо. Медленно, почти нежно.

— Спи, Рита, — шепчет он, и его голос до странности мягок. — Все только начинается.

И я закрываю глаза, позволяя тьме и теплу его объятий унести себя. Без страха, с одним лишь предвкушением того, что ждет нас завтра.

Первый луч солнца, пробивающийся сквозь щель в тяжелых шторах, падает мне прямо на лицо. Я зажмуриваюсь, пытаясь сообразить, где я и что это за незнакомый, но такой пронзительный покой разлит в моих конечностях. А потом воспоминания накрывают волной, такой же горячей и мощной, как прилив.

Ночь. Побег. Его руки. Его губы. Его тело, тяжелое и властное, на моем. Боль и наслаждение, сплетенные в один тугой, сладкий узел где-то в самом низу живота.

Я поворачиваю голову на подушке, которая пахнет им. До меня не сразу доходит, что это его подушка. И его постель. Рядом пусто, простыня смята, на ней осталось углубление от его тела. На мгновение меня пронзает острая, иррациональная тревога. А вдруг это сон? Славный, безумный, пьянящий сон?

Но потом я чувствую легкую ломоту в мышцах, смутное, но отчетливое воспоминание о его силе, и сладкую боль в самых сокровенных местах. Нет. Это наяву.

Я приподнимаюсь на локте, кутаясь в простыню. Спальня Ашгара такая же, как он сам, теперь я могу рассмотреть её при свете дня. Она большая, но лишенная всяких излишеств. Массивная дубовая кровать, тяжелый сундук, простой письменный стол, заваленный чертежами. Ни картин, ни безделушек, ни драпировок. Толькофункциональность и сила. Тем не менее, в ней уютно. Безопасно как в крепости.

Со стороны примыкающего кабинета доносится приглушенный скрип пера и шелест бумаги. Он уже работает. Конечно. Для него, кажется, не существует такого понятия, как покой.

Я осторожно сползаю с кровати. Ноги ватные, а голова слегка кружится, но чувствую я себя на удивление легко и настроение приподнято, будто и нет всех этих проблем. На стуле рядом с моей аккуратно сложенной одеждой, местами порванной после вчерашнего, лежит один из его темных халатов из грубого мягкого полотна. Я накидываю его на себя. Ткань невероятно огромная, пахнет знакомым ароматом трав и дымом камина. Она поглощает меня целиком, как его объятия. Запах заставляет меня сглотнуть и на мгновение закрыть глаза, снова ощущая его прикосновения.

Собрав всю свою храбрость, я выхожу в кабинет.