Книга Личная ассистентка для орка, страница 39 – Рина Мадьяр, Тая Мару

Ашгар сидит за столом, склонившись над той самой, добытой кровью и поцелуями, книгой де Ланкра. На нем только простые штаны, его мощная спина, покрытая причудливым узором из шрамов и напряженных мышц, обращена ко мне. При моем появлении он оборачивается. Его лицо серьезное и сосредоточенное, но в глазах взглядом коснувшихся меня мелькает быстрая искра чего-то теплого.

— Ты должна это видеть, — говорит Ашгар без предисловий, низким и немного хриплым голосом после ночи.

Я подхожу, и Ашгар тянет меня к себе, усаживая на колени так легко и естественно, будто делает это всегда. Я ахаю от неожиданности, но не сопротивляюсь. Его голый торс горяч и твердый подо мной, а руки обхватывают мою талию, прижимая спиной к его груди. Это одновременно нежно и так по-хозяйски, что у меня перехватывает дух. Если утром, увидев пустую постель в мою голову ещё закрадывались сомнения, то сейчас чувствую себя так, будто я самый ценный его трофей.

— Смотри, — он протягивает руку над моим плечом и указывает пальцем в открытую страницу. — Это настоящее техническое руководство по коррупции. Всё. От патронажа мелким воришкам до откатов на поставках угля для всего королевского флота.

Я вглядываюсь в колонки цифр, в странные шифры и знакомые фамилии. Мой аристократический ум, годами тренированный видеть подвох в самых изысканных комплиментах, начинает раскусывать эту бездушную арифметику обмана. Да, это бухгалтерия, но бухгалтерия предательства. И это гениально ужасно.

— Боги, — тихо шепчу я. — Они паразитируют на самой системе.

— Именно, — его губы касаются моего плеча, и по телу бегут мурашки. — И теперь она у нас.

Он перелистывает страницу, и мой взгляд падает на знакомое имя “Брош. Утилизация. Оплачено.” Рядом значатся суммы и даты, совпадающие с теми самыми несчастными случаями, что я нашла в подшивках.

Меня вдруг трясёт от смеси ярости и торжества. Мы можем их уничтожить. По-настоящему. Не просто опозорить, а размазать по стенке всей этой паутиной лжи.

— Мы выпускаем это сегодня, — говорю я, не сомневаясь в своём решении. — Весь номер. Без купюр.

— Выпустим, — он поворачивает моё лицо к себе и с таким серьёзным видом заглядывает в глаза, что я замираю. — Но сначала позавтракаем. Война войной, а есть нужно.

Щёки тут же алеют, а взгляд начинает бегать по сторонам от смущения.

Он отпускает меня, легко поднимает на ноги и встаёт сам. Я смотрю, как он натягивает на себя простую тёмную рубашку, и не могу оторвать глаз. В его движениях та же мощь и грация, что и ночью, но теперь, при свете дня, я вижу в них и что-то домашнее, почти простое. Он не только грозный орк, но и мужчина, который готовит завтрак для женщины, с которой только что разделил постель.

Мы спускаемся на первый этаж, это кажется такнепривычно. Ведь если подумать, впервые за время нашего проживания я оказываюсь здесь, в его логове. На кухне уже пахнет кофе. Ашгар разогревает на плите какую-то кашу, нарезает хлеб. Я сажусь за стол, всё ещё кутаясь в его халат, и просто смотрю на него. На его широкие плечи, на то, как ловко его большие руки управляются с кофейником. Эта бытовая сцена кажется мне более невероятной, чем все вчерашние приключения.

Он ставит передо мной кружку с дымящимся чёрным кофе и тарелку.

— Ешь, — говорит он просто, садясь напротив. — Ты бледная.