Книга Личная ассистентка для орка, страница 42 – Рина Мадьяр, Тая Мару

Следующим утром мы с Ашгаромстоим в его кабинете, и я чувствую, как напряжение вибрирует в нём. Он смотрит в окно на затихающий после вчерашнего всплеска город и о чём-то размышляет.

— Они не ответили, — наконец произносит он, не оборачиваясь низким ровным голосом с нотками непонимания. — Ни де Ланкр, ни Совет. Ни одного официального заявления. Ни одной попытки опровержения.

— Может, они в ступоре? — осторожно предполагаю я, подходя ближе. — Мы выбили у них почву из-под ног.

— Нет. Крысы, загнанные в угол, не цепенеют. Они ищут лазейку. Готовят контратаку. Такое молчание опаснее криков.

Он повернулся ко мне, и его взгляд скользнул по моему лицу, по моим рукам, сжатым в замок, и на мгновение смягчился.

— Как ты?

Я выпрямила спину, встречая его взгляд. Внутри все еще тлели угли страха, но поверх них уже легла прочная, как стальная броня, уверенность.

— Я там, где должна быть, — ответила я, и это была чистая правда.

Уголок его губ дрогнул, Ашгар протянул руку и провел большим пальцем по моей щеке, по тому месту, где вчера слезы смешивались с пылью и его поцелуями.

— Тогда идем. Нам нужно провести планерку.

Впервые за всю его историю Ашгар Торгар собрал в цеху не только домовых, но и водителя единственной развозной повозки, хромого старика-курьера, приносившего почту, и даже миссис Элси, немолодую женщину, которая раз в неделю приходила вытирать пыль в приемной. Мы стояли в центре, у главного станка, а вокруг нас тесным кольцом выстроились они духи типографии.

Ашгар говорил глубоко, с той самой бархатной хрипотцой, что проникала прямо в душу.

— Вы все видели утренний номер. Вы знаете, что мы сделали и враги Молота теперь знают, что у них нет монополии на правду. И на силу.

Его взгляд скользнул по домовым, чьи паровые венцы клубились ровно и мощно.

— Они могут прислать стражу. Они могут попытаться разгромить наши станки. Они могут швыряться золотом, пытаясь подкупить. Но у них нет одного. У них нет нас. Молот это не здание и не машины. Это каждый из вас.

Он делает паузу, давая словам просочиться в сознание.

— Отныне никто не заходит в здание один. Никто не уходит один. Мы составляем график дежурств и смотрим в оба. Если увидите что-то подозрительное не геройствуйте. Кричите. Бегите. Предупреждайте. Мы должны действовать как единый организм. И мы будем защищаться как единый организм.

Я смотрю на широко раскрытые глаза миссис Элси, перевожу взгляд на суровые, кивающие лица старика-курьера и водителя. И на домовых. Их бездушные маски не выражают эмоций, но я чувствовую исходящую от них волну понимания, ведь их стихия была здесь, и они были готовы ее защищать.

— Есть вопросы? — интересуется Ашгар, обводя каждого пристальным взглядом.

Водитель, коренастый мужчина с умными глазами, негромко кашляет.

— А если они все-таки придут с дубинами, хозяин?

— Тогда они узнают, что у молотадве стороны. Одна для печати. Другая для того, чтобы забивать гвозди. В черепа.

Легкий смешок проносится по цеху и внезапно после столь грубых слов напряжение спадает, сменившись странным, почти братским единением. Мы были крошечной армией в осажденной крепости. И наш командир только что дал нам понять, что у нас есть не только стены, но и силы их защищать.

После странной планёрки все разошлись по своим местам, но атмосфера в типографии изменилась. И именно в этот момент дверь в приемную отворяется и на пороге появляется Элоиза де Картьер.