Книга Рыцарь Его Величества, страница 15 – Элис Карма

— Приготовьте доспех, — отрывисто произносит Дедрик.

Слуги кланяются и с готовностью исполняют указания. Помогают государю облачиться в доспех, подают меч. Дедрик с сожалением осознает, что раздобрел и размяк за последние несколько спокойных лет. Благо меч всё ещё слушается его. Священное пламя внутри него всё так же сильно и сокрушительно. В разуме короля лишь одна мысль — он или спасёт Чёрного Медведя, либо погибнет на том же поле, что и он.

Лишь покинув пределы столицы Дедрик осознаёт, что не простился с Ивет. И от осознания этого ему одновременно делается и неловко, и легко. Ведь если бы он всё же пришёл к своей молодой жене этой ночью, то наверняка принёс ей огромную печаль. Ивет скорее всего бы плакала и просила его остаться. А так она будет злиться, но сердце и душа её останутся целы. И если Дедрика вдруг не станет, то она сможет честно выйти замуж за другого. В некоторой степени государь понимает, что идти в такой поход самому — это чистой воды безумие. Но не разум ведёт его в этот момент, а глубокое чувство вины перед старинным другом и страх никогда больше не увидеть его.

Несколько дней они движутся вперёд, устраивая короткие привалы, чтобы дать лошадям отдых. Командующие отрядами лишь осуждающе качают головой, когда Дедрик говорит, что им нужно ускориться. Вслух высказываться боятся, зная, что король в гневе бывает страшен. Лишь Радульф, рискуя попасть в немилость, обращается к нему.

— Ваше Величество, нужно сбавить темп. Наши кони и люди голодны, а снабженцы отстали. Какой смысл в таком стремительном броске, если у воинов не будет сил сражаться?

Дедрик смотрит на него, потом обводит взглядом лица копейщиков вокруг. Понимает, что они солидарны со своим командиром. Король с тяжелым вздохом даёт добро на привал. Отряды ищут подходящее место и спешиваются. Разводят костры, уходят в лес за дичью. Даже для самого Дедрика наступает короткая передышка. Он обсуждает с командирами дальнейшие действия, строит планы, изучает альтернативные подступы к форту Церигард. К вечеру их нагоняют повозки с провизией. Тесть Дедрика из Леонтраса присылает сотню лошадей на замену выдохшимся и больным. Государь благодарит Анику, младшую сестру Ивет, выступившую в роли гонца, и передаёт Анкэлю привет.

Аника внимательно смотрит на него. Она красива и юна, но её взгляд холоден, точно лезвие.

— В чём дело? — спрашивает Дедрик, отчего-то ожидая дурных новостей. Омега лишь качает головой.

— Просто пытаюсь понять, почему в эту ночь государь греется у костра, а не в объятиях моей сестры? — хитро прищурившись, отвечает она.

Лёгкая дрожь пробегает у Дедрика от затылка вниз по спине. Он смотрит сердито на Анику, и та инстинктивно подаётся назад. Вот уж точно — они с Ивет одной крови,обе слишком смелые. Видимо, Анкэль дома даёт своим омегам слишком много воли.

— Ступай, — строго произносит государь. — И да хранят боги твой путь.

Омега едва заметно усмехается и спешит удалиться. Дедрик недовольно глядит ей вслед. Он почти не помнит её, ведь та был совсем малышкой, когда Дедрик жил в Леонтрасе. Зато свои встречи с Берном в лесах на границе графств государь помнит отлично. И когда он смотрит на пляшущие языки пламени в костре, на плывущие в ночном небе невесомые облака, невольно возвращается в то время. Анкэль со старшими сыновьями, альфами, тогда только начал брать его с собой на охоту. Дедрик помнит, каким смелым и отчаянным показался ему Берн в их первую встречу. Как он тогда не испугался огромного вепря и пронзил его копьём, когда тот приблизился к нему вплотную. Он всегда был таким, не бежал от опасности и смотрел в лицо смерти. Дедрик думал, что однажды эта она всё же очарует его и заберёт с собой. И вот, кажется, его предположение начало сбываться.