Книга Дар огненной саламандры, страница 53 – Ти Шарэль

И именно в этот момент в сознание проскользнула мысль, что, если я останусь в этом мире, то мне в любом случае нужно закончить академию. Господи, я действительно это подумала? Допустила, что останусь здесь навсегда? А родители? Сжала в руке карандаш, которым перерисовывала графемы в свою тетрадь с такой силой, что он хрустнул, ломаясь, и острая деревяшка впилась в ладонь до крови. Зато в голову вернулась ясность, прогоняя прочь упаднические мысли. Я вернусь. Обязательно вернусь.

На занятие пришла как обычно заранее, чтобы занять последний ряд подальше от остальных, но неожиданно ко мне подсел парень. Пришел с другого конца аудитории сразу, как я заняла свое место. Я удивленно уставилась на него. Высокий, худощавый и очень сосредоточенный. Я припомнила, что в первый день он оказался единственным, кто не поприветствовал меня косым взглядом. Сидел в тот момент, погрузившисьв библ, и, кажется, меня просто не заметил.

— Привет, — осторожно сказала я, потому что парень, усевшись рядом, достал свои вещи, сложил на столе локти, сцепил кисти и теперь молча смотрел на доску.

— Привет, — он повернулся ко мне и чуть улыбнулся, — я вит Рамус. Можно просто Рам.

— Эээ, — я замешкалась, не понимая, зачем он здесь, но потом вспомнила о приличиях, — я вита Астерия. Наверное, можно просто Тэрри.

— Нельзя, — серьезно сказал парень.

— П-почему?

— Обращаться по имени к вите может только близкий друг. И то — наедине. На людях — только жених или муж.

— Ясно, — сказала я, — хоть и не все. Скажи, пожалуйста, зачем ты здесь?

— Не люблю дискриминацию, — просто сказал парень и снова отвернулся к доске.

— Вот как, — протянула я, пытаясь понять, это слово действительно существует в этом мире или мой мозг его так "обработал"? Но продолжить расспросы я не успела. В аудиторию ледяным смерчем ворвался мой "любимый" преподаватель. Окинул присутствующих своим коронным пристальным взглядом, задержался на мне, поморщился и, поприветствовав студентов, начал занятие. Меня он в этот раз задевал не больше, чем остальных, что не могло не радовать.

Когда лекция закончилась, мой неожиданный сосед собрал вещи и ушел одним из первых, даже не взглянув на меня. Я услышала, как кто-то из товарищей подначил его. Что-то вроде опеки над юродивыми. Но он только мотнул головой, не поддаваясь на провокацию.

Я помедлила, собирая вещи и дожидаясь, когда все выйдут, чтобы не столкнуться ни с кем в узком дверном проходе. Вышла как обычно последней, провожаемая внимательным взглядом магистра.

На полигоне встала поодаль, чтобы не смущать видом своей персоны нежные глаза остальных вит. Да, я помнила вчерашний разговор в раздевалке и слова про юродивую несколько минут назад. Меня это задевало, но я сделала все, чтобы этого никто не заметил. У меня есть Грэм и Мелисса, да вот еще и Рам вдруг решил побыть джентльменом. Посмотрим, насколько хватит его решимости.

Ждать своей очереди пришлось долго, стреляла я самой последней. Грэм помог зарядить манозаряд, хотя в этот раз я старательно запоминала последовательность его действий и, пожалуй, могла бы и повторить сама. Пять выстрелов — три в центр и два близко к нему. Александра Петровна мною бы гордилась, подумалосьмне с невольной улыбкой. Благодаря умению концентрироваться, прицельная стрельба всегда была моей любимой.