Книга Соблазнение в академии, страница 76 – Ти Шарэль

— Что-то случилось с государем? Великим князем? Павлом? — быстро спросила я, едва за служанкой закрылась дверь.

— Нет, государева семья в порядке, спасибо богам.

— Тогда откуда такая спешка? — растерялась я.

— Случилась беда, Василиса, — очень серьезно сказал граф, присаживаясь у обеденного столика. — Пока об этом никто не знает, но… Если Изабелла не поправится, одной войной мы не отделаемся.

— Принцесса Изабелла? Что с ней?

— Принцесса не просыпается уже сутки. Едва дышит, стонет. И случилось это после того, как она коснулась присланного вами, Василиса артефакта.

— Не может быть! — я попятилась, уперлась в кушетку и упала на узкое сиденье. — Иллюзии не могут навредить!

И замолчала, вдруг вспомнив занятие по истории и слова наставника Михайлова о том, что раньше иллюзионисты могли убивать.

— Моя иллюзия безопасна, — сказала упрямо, но глухо. — Я сделала ее предельно безвредной. Ни одной смерти, ни одной серьезной травмы. И, естественно, я не нарушала главного завета — никакой опасности дл получателя.

Этому меня научили сразу. Человек, находящийся в иллюзии, свято верит всему, что видит. Только благодаря этому те же свадебные иллюзии действительно помогают создать основу отношений между будущими супругами. Поэтому человеку, которому предназначено видение, нельзя наносить раны или как-то иначе подвергать опасности. Поверив в свое ранение, он может умереть в реальности.

— Мне нужен артефакт Изабеллы.

Черняхов тут же залез во внутренний карман и вытащил нарядную коробочку. Положил на стол.

— Поэтому ты здесь, Василиса, — граф окончательно забыл про «вы», что тоже говорило об уровне его тревоги. — Только ты можешь проверить собственное творение и помочь нам найти виновных.

— А вдруг это я? — вырвалось у меня. Я досадливо прикусила язык, но слова уже прозвучали, пришлось продолжить. — Вы не станете обвинять меня?

— Даже я не могу представить зачем бы тебе это? — устало отмахнулся Черняхов. — А уж государь тем более. Не верит даже в твою небрежность, не то что в злойумысел.

Я бы тоже не верила. Небрежность — это когда неуклюже подобраны наряды или выбраны неверные слова в диалоге. А сделать так, чтобы заказчик оказался при смерти… В общем, я даже не представляю, что нужно сделать.

— Мне необходимо время, — я поднялась, не особенно доверяя дрожащим конечностям, но ноги держали. Подошла к столу и забрала футляр с иллюзией. Посмотрела Черняхову прямо в глаза. — И уединение.

Граф не стал спорить. Спокойно выдержал мой взгляд, кивнул и вышел. А я немедля вытащила деревянную фигурку лани из коробки и начала шаг за шагом просматривать иллюзию.

Сцена знакомства, балкон. Митя говорит о том, что рад приветствовать принцессу в своей державе, а я вижу за мягкими чертами своего троюродного брата лицо человека, которого давно должна забыть. Это мешает, я отвлекаюсь и оттого злюсь.

С трудом заставляю себя переключиться, шаг за шагом продвигаясь по событиям иллюзии. Встречи, визиты, бесконечные беседы. Совместная поездка. Нападение. Стоп!

— Позовите графа Черняхова! — потребовала я у охраняющих мои двери мужчин. Видимо, им были отданы соответствующие распоряжения, потому что один из охранников немедленно сорвался с места.

В ожидании графа я металась по комнате, как раненое животное. Как? Кто? Зачем?