Книга Очевидный выбор, страница 4 – Ана Эм

– Ну, – говорит она сквозь смех и тушит сигарету. – Ты хотя бы никого не ударила, как в прошлый раз.

– Но мне хотелось.

– Даже не сомневаюсь.

Подаюсь вперед и складываю руки на столе перед собой.

– Что со мной не так? Может, я вообще не создана для работы?

Эм пожимает плечами.

– Может, ты просто не создана для работы на кого-то. В особенности, на придурков.

Я усмехаюсь. Да уж, с придурками у меня точно не задается. Я просто не могу делать как другие. Не могу запихнуть язык в задницу и терпеть. Возможно, если бы нуждалась в деньгах, мне пришлось бы научиться так делать, но а пока…

За последние шесть месяцев в Париже у меня было уже три попытки устроиться на три разные, но постоянные работы. Все неудачные. Так или иначе. И все потому что во мне нет функции вовремя закрыть рот.

– Может, стоитприслушаться к Шону и прекратить попытки? – вдруг вырывается из меня вопрос, который тут же вызывает дискомфорт где-то под ребрами. – Он готов полностью меня обеспечивать.

И я должна бы радоваться. Любая бы на моем месте радовалась, имея при себе успешного классного парня.

Эмма хмурится, внимательно вглядываясь в мое лицо.

– Ты действительно готова целый день сидеть дома? Готовить. Убирать. Ждать любимого с работы?

От одной только мысли почему-то начинает тошнить.

– Давай на чистоту. – продолжает подруга, убрав прядь волос за спину. – Ты же с ума сойдешь. Не пройдет и суток.

Она права. Я не могу сидеть дома. Мне нужны люди. Нужны собственные деньги. Нужно…нужно свое место в мире. Как бы громко это не звучало, но я хочу быть частью чего-то, а не…кого-то. Однако с другой стороны, может, я просто не гожусь для чего по-настоящему серьезного?

– Я могла бы взять еще один курс по акварели. – не знаю, кого именно пытаюсь убедить, себя или ее. – Или, о, выучу еще какой-нибудь язык. Китайский, например.

Эмма выгибает бровь.

– И какой он будет по счету? Третий?

– Четвертый.

Она улыбается и качает головой.

– Дана, ты слишком быстро сдаешься. Не веришь в себя. В тебе очень много потенциала, просто требуется немного времени, чтобы найти ему нужное применение. Ты правильно делаешь, что пробуешь новое. И плевать, сколько еще будет увольнений. Где-то там тебя явно ждет именно твое дело.

– Где именно?

– А мне то откуда знать? – пожимает плечами. – Вон, оглянись вокруг. Ты в Париже. В самом волшебном городе мира. Здесь столько еще свободных профессий, которые ты не пробовала.

Права. Она чертовски права. Да и не в моем это стиле сдаваться.

– Я думала, Париж самый романтичныйгород в мире. – меняю тему, потому что мой экзистенциальный кризис уже порядком поднадоел. И, ну, я не хочу об этом думать. Не после очередного увольнения.

Эмма фыркает.

– Маркетинговая замануха. Город греха? Да. Но никак не любви.

Мне хочется возразить, но Эмма упертая, да и к тому же не верит в любовь от слова совсем. Она – образцовый пример женщины-реалистки. Сколько ее знаю, она всегда говорит о том, что одна любовь на всю жизнь бывает только в книжках и мелодрамах. А в реальности одна сплошная суровая реальность – слезы, разбитые сердца и дети в придачу.

Она складывает салфетку в треугольник со страннымвыражением лица, будто хочет что-то сказать, но не уверена, стоит ли.

Толкаю ее под столом.

– Эй, в чем дело?

Он поджимает губы, нервно стуча ногтями по столу.