Книга По ту сторону бесконечности, страница 2 – Джоан Ф. Смит

Говорят, подобные вещи происходят «в мгновение ока» или «за долю секунды». Думаю, люди пользуются такими избитыми выражениями, потому что те правдивы. Все произошло за долю секунды: вот мистер Фрэнсис закончил восьмой круг – он плыл на спине; «Шевроле-Люмина» миссис О’Мэлли подъехала к зоне разгрузки, битком набитая всяким снаряжением для бассейна; нога девушки, отстукивавшая ритмичную мелодию, внезапно замерла.

Что-то было не так, и это ощущалось в воздухе. Что-то не то. Меня окатило тревогой – как мама обливает глазурью булочки с корицей. Всеобъемлющее, это чувство мгновенно проникло туда, где ему совсем не место. И примерно за три секунды я понял: я слышу только ветер. Не плеск волн от плавных энергичных гребков мистера Фрэнсиса, плывущего брассом.

Я вгляделся в бассейн. Мистер Фрэнсис покачивался на воде лицом вниз, хотя всего несколько секунд назад он плавал. Слева от его головы воду пачкало что-то похожее на клубничный сок – кровь, конечно, это была кровь.

Я мгновенно вскочил на ноги, сжав онемевшими пальцами красную спасательную трубку. Сердце колотилось где угодно, только не в груди: в ушах, в мокрых от пота подколенных ямках, в животе. Я приготовился нырнуть, а мой мозг вопил: «Давай же, Николас, плыви к мистеру Фрэнсису! Ему нужно сделать искусственное дыхание, это сердечный приступ, нет, нет, там кровь, я должен сделать искусственное дыхание, тридцать нажатий в минуту, затем вдох, что за песня, там нужна песня для поддержания ритма, ее еще пели в “Офисе”, это Bee Gees “Stayin’ Ali-i-i-i-ive”…»

Только мои ноги не двигались. Я взглянул на них: белый солнцезащитный крем блестел на белых ступнях. Подошвы словно приклеились к раскаленному бетону с примесью щебенки; казалось, я стою на горящих углях. Я чуть согнул колени, готовясь нырнуть, но… ничего. Казалось, что из пяток проросли корни, пробили бетон и зарылись глубоко в землю.

Еще раз. Я пытался заставить себя сдвинуться с места.

И еще раз.

Давай Ник пошел пошел пошел

Все это лишь доли секунды, миг, крупица времени. Но этого хватило, чтобы девушка, больше-не-притоптывавшая-ногой, сорвала с лица шляпу, вскочила с шезлонга и в три грациозных быстрых шага добежала до бассейна. На полпути она обернулась и посмотрела мне прямо в глаза.

– Чего застыл? Давай! – крикнула она. – Сделай же что-нибудь!

Ее слова будто освободили меня от оков, я упал в воду с отвратительным – и болезненным – шлепком. Это мне наказание за бездействие. Под водой мысли прояснились. Я стиснул зубы. Почему я застрял там?

Когда я всплыл, девушка была уже в полуметре от мистера Фрэнсиса, который все еще странно, очень странно покачивался в воде.

– Поддержи его за шею и переверни! – крикнул я, мысленно прокручивая в голове все, что знал об оказании первой помощи.

Девушка нырнула, но не глубоко – она скользила по воде легко, словно в наших «Солнечных Акрах» завелась русалка. Я рванул к ним самым быстрым кролем в своей жизни, ужасно злясь на себя – ну почему тело меня не слушалось?– и в то же время умирая от страха.

Если мистер Фрэнсис…Горло мое сжалось. Я не мог заставить себя закончить эту фразу. Но если бы он умер, смог бы я простить себе эту задержку? Насколько важна секунда?

Памятка спасателя: «Каждая секунда на счету».

Девушка подплыла к мистеру Фрэнсису и перевернула его, обхватив рукой за шею: