Книга Дикое сердце джунглей, страница 64 – Майя Вьюкай

Я с удивлением прищурилась.

— Ты волнуешься за меня?

Отвечать он не стал, лишь мотнул головой в неоднозначном жесте и произнес следующее:

— У нас еще остались небольшие запасы еды и время, чтобы придумать, что делать дальше, никем не рискуя, в том числе тобой.

Волнуется, значит…

Меня охватило странное чувство. Приятное. За меня редко кто беспокоился в жизни, тем более малознакомые люди. Бытьможет, неприятности и впрямь сближают.

— Не переживай, Стэллер. — Я поставила правую ногу на выпирающий из ствола шип и продолжила подъем. — Я осознаю все риски.

— Элиза… — он снова вздохнул.

— И не передумаю, что бы ты мне ни сказал, поэтому либо помоги, либо не мешай.

— Ты не обязана это делать.

— Я знаю.

Стэллер поджал губы. Он не ушел, остался стоять и следить за мной, но переубеждать больше не стал. Думаю, в душе он надеялся на мою интуицию так же сильно, как я надеялась на Деклана.

— Ты всегда была такой? — мрачно поинтересовался он, когда я почти достигла верхушки дерева.

— Безрассудной?

— Я хотел сказать упрямой и целеустремленной, но, вообще-то, да, — он хмыкнул, — на безрассудную ты похожа больше.

Я задумалась.

— Насколько себя помню.

По крайней мере, до аварии.

Я добралась до фруктов и посшибала их все вниз. Стэллер поймал черные плоды размером с крупные дыньки, изучил их и так сморщился, будто это ему предстояло их попробовать, а не мне.

До лагеря мы шли в напряженном молчании. И более напряженным оно становилось каждый раз, когда я то «каштаны» подбирала с земли, то срывала грозди ягод и рассовывала их по карманам. Единственное, что спросил Стэллер, не выдержав:

— Ты собираешься все это съесть?

Я лучезарно ему улыбнулась.

— Да.

Он моей уверенности не разделил.

— И выжить после этого? — задал еще один уточняющий вопрос.

— Я надеюсь.

Он резко затормозил и остановил меня, взяв за руку.

— Если ты права, то мы все спасены, — сказал Стэллер с надеждой. — Как минимум от голода. Но если ошибаешься…

— То вы закопаете мой трупик где-нибудь на берегу озера и продолжите жить дальше как ни в чем не бывало, — пошутила я, чтобы разрядить ситуацию.

— У нас нет лопаты, — напомнил он хмуро.

— И вы предпочитаете всех сжигать, я помню. В общем, — я похлопала Стэллера по плечу, — я в вас верю. Вы придумаете, как избавиться от моего бренного тела в случае неудачи.

Стэллер отступил от меня.

— Это не смешно, Элиза.

— Не любишь черный юмор?

— Не люблю смотреть, как кто-то умирает.

— Всегда можно закрыть глаза, — посоветовала ему. — Попробуй в следующий раз.

Вечером, когда все пассажиры собрались вокруг костра, я села рядом с ними и принялась жадно уплетать за обе щеки все, что смогланайти днем. И ягоды орков ярко-кислотного цвета, и черную, как мгла, люцерию, и жесткие каштаны, и зеленые стебельки, по вкусу напоминающие что-то среднее между сельдереем и мятой. На меня смотрели в ужасе. В неописуемом! Как на человека, сиганувшего с крыши десятиэтажного дома по собственному желанию. Поначалу Хант пытался меня образумить, но после двух съеденных мною люцерий плюнул на это гиблое дело и вообще ушел из лагеря, чертыхаясь. Стэллер уходить не стал, но выглядел он мрачнее грозовой тучи. И только Скорпион был весел. Парень с интересом наблюдал за мной, жуя свою порцию мармеладных гусениц, и, как обычно, зловеще улыбался, будто серийный маньяк-извращенец.