Книга Возлюбленная берсерка, страница 16 – Любовь Оболенская

— Да-да, конечно, — быстро проговорила я. И сразу же перевела разговор на другую тему, в результате чего мой тренер минут через пять уже снова улыбался, как и раньше...

Что тут скрывать, меня тянуло к этому парню, и я чувствовала, что нравлюсь ему. Но я не знала, как отреагируют жители Скагеррака если я вдруг дам волю своим чувствам... Всё-таки Рагнар чужак, пусть даже он сумел за короткое время весьма органично влиться в нашу общину благодаря своему искусству владения оружием, готовности помочь любому человеку, а также легкому и веселому характеру. Но я для жителей Скагеррака была уже чуть ли не талисманом, и фиг его знает, как они отреагируют, если вдруг узнают, что на их живой символ удачи покусился дан...

Но люди могут думать что угодно, а норны тем временем плетут их нити судьбы, порой свивая их вместе в прочные веревки, разорвать которые люди не в силах...

У длинного дома было несколько пристроек — большой коровник, курятник, оружейная, амбар для хранения зерна, куда я зашла как-то ближе к ночи перед сном чтобы посчитать, сколько мешков ячменяу нас осталось до весны...

И невольно вздрогнула, когда скрипнула дверь за моей спиной...

Обернулась...

Это был Рагнар, на лице которого лунный луч высветил целую гамму чувств — робость, смятение, и одновременно решительность. Никогда ранее я не видела такой смеси эмоций, первые две из которых были совершенно не характерны для этого человека.

— Прости, королева, что напугал, — проговорил Рагнар. — Просто я пришел сказать, что люблю тебя. Полюбил с той самой первой минуты, как только увидел. И всё это время боялся сказать об этом. Думал о том, как я стану жить дальше, если ты меня оттолкнешь. И смогу ли жить дальше... Но больше терпеть эту пытку невыносимо — и вот я здесь. Наконец высказал все слова, что, словно тяжелые камни, давили мне на грудь. И сейчас ты вправе изгнать меня из общины за дерзость, но лучше просто вонзи нож мне в сердце, если моя любовь безответна. Этим ты окажешь поистине королевскую милость тому, кто больше не может выносить такие страдания.

С этими словами он вытащил из ножен на поясе рабочий нож без гарды, который всегда был под рукой у каждого викинга, и протянул его мне рукоятью вперед.

Что тут говорить, не зря народы Скандинавии славились своими скальдами, певцами-поэтами, искусными в витиеватых речевых оборотах. Думаю, если б Рагнар не был прирожденным вождем-конунгом, из него бы получился отличный скальд. Во всяком случае, вряд ли какая-то женщина устояла бы после таких слов даже в моё время — особенно произнесенных парнем, который ей нравится...

Ну вот и я не устояла.

Шагнула к Рагнару, взяла его нож, бросила под ноги, после чего обвила руками шею дана — и наши губы слились в поцелуе. А потом нас обоих обняла жаркая северная ночь, ибо двоим людям, бьющемся в неистовом огне страсти, не страшны никакие морозы.

Это была действительно безумная ночь.

Когда двое не думают о возможных последствиях происходящего, и обоими владеет только неистовое желание обладать телами друг друга...

Викинги считают, что, когда люди впервые занимаются любовью, богини Фригг и Фрейя, ответственные за любовь, деторождение и домашний очаг, забирают на время разум у влюбленных, позволяя им не отвлекать мыслями себя и друг друга от великого таинства природы. Оттого, когда человек наконец дорывается до исполнения своих желаний в отношении того, кто ему действительно нравится, обе богини незримо присутствуют рядом, и делают всё, чтобы эти мгновения влюбленные не забыли никогда...