Книга Возлюбленная берсерка, страница 14 – Любовь Оболенская

Свою идею я объясняла кузнецу до вечера. И ближе к ночи он ею не на шутку загорелся!

— Я понял! — воскликнул он. — Воистину ты любимица богини знаний Вёр, которая постоянно делится с тобой своей мудростью! В общем, никуда не уходи, а то я боюсь что-то забыть или напутать, как с той пилой.

В результате я всю ночь провела в кузнице, корректируя действия Магни, который хоть и был человеком недалеким, но имел очень сильные руки, растущие из нужного места, и соответствующие навыки, наработанные годами нелегкого труда в кузнице.

В результате утром мы вышли из кузни грязные, все в саже, но довольные. Магни нес в руках тяжелую металлическую штуковину, действительно похожую на змея, обвившегося вокруг дерева.

— И чего это такое? — подозрительно спросил старый Тормод, встретившийся нам на пути.

— Новая придумка нашей королевы, — сказал Магни. — Сейчас пойдем на лед смотреть как она работает...

...Поглядеть на мое новое «изобретение», несмотря на мороз, собрался весь Скагеррак. И, признаться, необычно для девятого века выглядело, когда здоровенный кузнец воткнул в лед примитивный ледобур и принялся крутить рукоять...

Думаю, в моем времени не много нашлось бы богатырей, способных провернуть эдакую металлическую болванку. К тому же ледобуры любителей подледного лова из моего времени выглядели гораздо скромнее. Тут же Магни отковал ледовый коловорот раза в два шире тех, что я видела — и сейчас своими ручищами крутил его даже особо не напрягаясь.

В результате во льду толщиной более полуметра минут за пять образовалась лунка диаметром сантиметров в тридцать!

— Ну что, не надоело вам еще кричать славу нашей дроттнинг? — проревел Магни, выдергивая изо льда свой мега-ледобур. — Это вам не пешнями лед долбить! Это ци-ви-ли-зация!

Трудновыговариваемому слову я обучила кузнеца пока он мучился, придумывая, как отковать в кустарной кузнице предмет столь хитрой формы. Но придумал, и теперь неимоверно гордился своим успехом. Точнее — нашим.

В результате мы сейчас стояли грязные, не выспавшиеся, и счастливые, глядя как с лиц членов нашей общины сползает пелена недоверия, появившаяся при виде странной конструкции, уступая место радостным улыбкам.

— А я никогда не устану восхвалять нашу королеву! — воскликнул Рагнар. После чего бросился ко мне, схватил на руки, подбросил к небу. Следом к нему тут же присоединились все жители Скагеррака. А когда они, наконец, поставили меня обратно на лед, я проговорила:

— Вспомнила! Чтобы лунка не замерзала, на поверхность воды нужно нанести смазку. Можно попробовать налить немного китового жира.

— Уверен, что, если сделать так, как говорит дроттнинг, и налить жир в лунку, она не замерзнет, можно даже не проверять, — заявил Магни. — Я точно вам говорю — богиня знаний Вёр любит нашу королеву, и делится с ней своей мудростью.

— А я уверен, что все боги Асгарда любят нашу Лагерту! — улыбнулся Тормод.

— И есть за что! — подхватил его слова Рагнар, глядя на меня такими восхищенными глазами, что я тут же покраснела. И дело тут было точно не в морозе, который уже довольно чувствительно щипал меня за щеки.

Я думаю, что двигатель прогресса — это скука, а не какие-то там душевные порывы, тяга к познанию нового и тому подобные высокопарные мотивы...

Нет!

Совершенно точно не они, а самая обычная скука.