Книга Очень странный факультет, страница 113 – Ирина Субач

Только если игра стоит свеч!

Большая икра с высокими ставками.

В дом я вернулась так же, по потайному ходу. Лысяш скучающе болтался на моих руках, и я даже похвалила его за «беспроблемность».

Когда вернулась в комнату, устало рухнула на кровать и уснула, чтобы утром вновь проснуться ни свет ни заря и погрузиться в канитель обучения, только в этот раз я была полна мотивации.

День за днем я учила этикет, танцевала, пела, вновь учила этикет.

Седвига и Харлинга я не видела и уже начинала беспокоиться.

Зато за мной почти всегда молчаливой тенью ходил Стефаниус.

Я пыталась спросить, где мои сопровождающие и почему я их не вижу. Магистр лишь единожды ответил короткой запиской – что мне не стоит беспокоиться, и Харлинг и Седвиг недалеко, чем вызвал еще большую тревожность.

От слуг я узнала, что оба мужчины, оказывается, покинули дом еще в первое утро моего пребывания здесь. Покои оказались пусты, но слуги видели, как магистр Стефаниус открывал портал, в который ушли этидвое.

Я бессильно сжимала кулаки, ощущая себя брошенной.

– Вот уж выторговала себе «подмогу», – бормотала я, хотя что-то подсказывало: Стефаниус специально избавился от Виктора и Седвига.

Отправил куда-то, возможно, даже обратно на остров. Хоть и утверждал обратное, заверяя, что эти двое где-то поблизости.

– А Седвиг? – жаловалась я коту, наглаживая вечером того по брюху. – Защитничек. Как ворваться в комнату и требовать «не крутить шашни» с Харлингом, так тут же прискакал. А как куда-то исчезнуть, то даже не попрощался.

– Мрмя-я-я, – возмущался кот.

– И Харлинг. Ну каков подлец, вначале пробрался в ванную, вытряхнул правду и скрылся с глаз долой. Видимо, чтобы совесть не мучила.

Я жаловалась в пустоту, но самой с каждым днем становилось все страшнее и страшнее.

Время шло.

Первая неделя подходила к концу и сменилась второй.

В обучении я делала явные успехи. Довольными казались и Грэмми, и Стефаниус – этого было не скрыть по выражению их лиц.

Мрачно на меня продолжал смотреть только Станислав, так и не дав ответа, поможет он мне или нет.

Возможно, он решил не влезать в эти «императорские делишки» и оставить все как есть. Грэмми ведь устраивала ее будущая перспектива стать тещей кому-то из императорской семьи.

Я по ее лицу видела сладостное предвкушение будущего триумфа.

Но все изменилось в один день, когда я проснулась не от отдернутых штор, а от того, что меня трясет за плечо сам Станислав.

Я едва не вскрикнула, но он прижал палец к губам, знаком показывая следовать за ним.

Бросив взгляд в окно, поняла, что за ним глубокая ночь, и, сунув ноги в тапочки, последовала за отцом Эммы по темным коридорам.

Мы шли к его кабинету, туда, где из-под двери пробивалась тонкая полоска света.

Станислав толкнул дверь, проходя внутрь, а я юркнула за ним, с удивлением обнаруживая внутри неожиданного гостя.

– Мишель? – не поверила я. – Я думала, ты проведешь в другом мире еще несколько недель.

– Пришлось вернуться раньше, – ответил мальчишка. – Потому что кое-что узнал и не мог не рассказать об этом отцу. И каково же удивление, когда узнал, что и ты тут. И даже Стефаниус.

Вид для ребенка он имел грозный и хмурый. Будто воинственный коротышка Наполеон, но я не обманывалась этой карикатурностью, что-то подсказывало – Мишельможет быть опасен, если того захочет.