Книга Очень странный факультет. Отбор, страница 37 – Ирина Субач

Следующих барышень царь просмотрел бегло, и пусть даже они пытались повторить дерзкий номер, который провернула рыжая, но второй раз уже не сработало.

Царь потерял интерес к оставшимся, раздав еще пяток коротких характеристик:

– Жирновата… бледновата… кисловата… страшновата… скучновата…

Приговор был вынесен. Девиц и их менторов быстро увели, а те даже не сопротивлялись.

Покинули флигель и бояре, и царь…

В кромешной тишине скатерть-самобранка соткала обед.

Только теперь кусок в горло никому не лез.

Я считала оставшихся в зале… Нас оставалась ровно половина от начального числа.

– Еда другая, – донесся до меня шепот, я обернулась на Стасю, та пояснила: – Блюда другие. Погляди наостальных…

Я осмотрелась. Если раньше многие набрасывались на тарелки и забывали обо всем, пока не наедятся до отвала, то сейчас «поедательный» эффект словно исчез.

Я обернулась на Харлинга, тот смотрел на меня, но из-за того, что я все еще прятала лицо в капюшоне, он щурился и пытался разглядеть мое лицо, но не получалось.

– Еда нормальная? – осмелилась громко, почти на весь зал, спросить я.

И эхо разнесло мой голос под сводами: «Нормальная, нормальная…»

– Похоже, как только нас стало меньше, пропала необходимость нас чем-то пичкать, – ответила Лена, жуя кусок картошки. – Даже вкус другой.

Я осмелилась последовать ее примеру и осторожно взяла кусок хлеба, прожевала.

Станислава смотрела на все это с опаской.

– Знаете, я лучше по яблокам… – отозвалась она, но все же придвинула к себе плошку с квашеной капустой.

По окончании обеда нас развели обратно по комнатам.

Стало заметно, как мало тех, кто остался жить парами. Многие комнаты стражник даже не отпирал – потому что в этом не было нужды. Я проследила за тем, как Станислава в одиночестве прошла в свою комнату и страж запер за ней дверь.

Когда дверь закрыли за нами, я бросилась к спрятанному блюдечку, Лена спешила за мной.

– Что ты задумала?

– Мы не успели узнать самого главного, просто времени не хватило. – Я прокатила яблочко по кромке и четко потребовала: – Покажи мне Харлинга!

Блюдце мгновение настраивалось на нужную волну, пока не высветило такую же, как и наша, комнату, в которой были двое. Виктор и ментор Лены.

Они о чем-то оживленно разговаривали.

Харлинг взмахивал руками, было видно, что он негодует. Ментор Лены отвечал спокойно, безэмоционально и даже собранно.

– А он не такой уж у тебя сумасшедший, – заметила я. – Быть может, он так маскировался всегда? Смотри… руки не трясутся, пропала дурацкая пьяная улыбка. И сегодня он не пел!

– Жаль, звука нет, – произнесла Лена. – Понять бы, о чем они.

Я задумалась.

А ведь странно.

Почему нет звука? Так задумано или я просто не просила? Может, надо конкретизировать яблочку приказы еще более четко?

Я коснулась катящегося плода и уточнила техническое задание:

– Не только покажи, но и дай послушать, о чем говорят в той комнате!

Яблочко дрогнуло вместе с изображением, но тотчас же блюдечко завибрировало,рождая звук, только голоса были искажены, как в неправильном одноголосом дубляже. Приходилось внимательно следить за тем, кто именно говорил, чтобы понять, кому принадлежит та или иная фраза.

– Ты не понимаешь?! Их обокрали! – возмущался Харлинг. – То, что здесь творится, – преступление!

– Это выживание, – отвечал другой. – Либо так, либо мы были бы на их месте. Очевидно, что им нужны самые сильные из нас, слабаки выбывают.