Книга Сердце Белого бога, страница 57 – Рина Белая

— Разумеется, — неожиданно подтвердил Виктор. — Начиная с завтрашнего дня мадам Софи будет тебя учить.

— Виктор, нам следовало остаться при своём первоначальном решении, — тут же возмутилась Хелена.

— Она и так уже пропустила много уроков.

— Потому что она была ослаблена болезнью.

— Хватит, Хелена. Прекратим этот разговор, — сказал Виктор, взглядом приказывая Георгу увести Селин.

— Так не давай мне повода говорить тебе всё это!

— Спорят. Как обычно, —сказала Селин, когда за нами закрылась дверь.

Она тяжело вздохнула и бессознательно почесав шрам на моей переносице, направилась к себе в покои.

— Чего застыла? — обернувшись через плечо, обратилась она ко мне.

— Ну? Идём! Кто первый до моей спальни, тот и победил! — воскликнула она и, весело смеясь, побежала вперёд.

Ночью мне приснился странный сон.

Я стояла посреди низких каменных домиков, освещённых серо-голубым светом восходящей Реты и, широко раскинув руки, вдыхала воздух, напоённый живительной прохладой. Всё здесь было таким знакомым и естественным: шум ветра, утренние звуки, сильный и свежий запах крови…

Едва уловив его, я тут же определила источник. Совсем близко, в десятке шагов от меня, стояла одинокая фигурка девочки в короткой рубахе, сшитой из жёстких, тёмных полосок кожи. Скрывшись за углом одного из домиков, она искоса поглядывала на стайку галдящих детей, что столпились у края стоянки, возле кратера, в котором отражалось равнодушное к мыслям и тревогам смертных небо.

Девочка едва держалась на ногах, пальцами вцепившись в холодный камень. Влажные от крови пряди прилипли к её спине, исполосованной когтями. Эти свежие отметины оставили её сверстники, чтобы она больше не вздумала поддаваться соблазну и спускаться к кратеру вместе с ними.

Знала ли я эту девочку? Да. У нас было одно имя, одна жизнь и одни шрамы на двоих.

А ещё… у нас была одна большая надежда: что я смогу стать частью стаи. Смогу играть и резвиться вместе с остальными детьми. Нужно лишь постараться и добиться их уважения.

Улыбнувшись грустной улыбкой, я хотела было в успокаивающем жесте коснуться ребёнка, как вдруг…

Утерев слёзы локтем, девочка обернулась, и я увидела её лицо. Увидела её непокорный взгляд и упрямо поджатые губы. Маленькая я не нуждалась в утешении.

С силой сжав руки в кулаки, она прошла сквозь меня, словно я была бесплотным духом.

Следующие несколько часов я провела с маленькой Тенерой. Она, не разбирая дороги, шла навстречу скалам, а я, словно тень, следовала за ней. Иногда острые камни врезались в её босые ступни, и она падала. Я протягивала к ней руки, но, будучи бестелесной, не могла ей помочь. Тогда я присаживалась рядом и подолгу смотрела на неё. Я плохо помнила себя маленькой, но были вещи, которые из памяти не сотрёшь.

Я всегда стыдилась себя. Стыдилась своей лишённой света души. Я не любила её и не хотела быть её носителем. Если бы смерть могла избавить меня от неё, я бы, не задумываясь, поцеловала её в губы…

— Нет! Я не буду плакать. Я стану умелой охотницей, — вывели меня из раздумий тихие, но уверенные слова ребёнка.

Маленькая Тенера заставила себя подняться, и мы снова продолжили путь.

Мы прошли огромное расстояние для ребёнка, прежде чем силы окончательно оставили маленькую Тенеру. Она остановилась и, тяжело дыша, опустилась на удачно подвернувшийся островок рыжеватой травы.