Книга Пепел на моих крыльях, страница 140 – Рина Белая

Ментальные нити выстраивались легко.

Слишком легко.

Она даже не думала, что это может быть так просто — словно ее сознание уже знало этот путь, словно тонкие магические линии всегда связывали их, а она только сейчас позволила себе увидеть их.

Но как только она коснулась его разума — нежно, едва ощутимо — внутри что-то дрогнуло.

Она испугалась.

Испугалась не его.

Испугалась того, что ощутила в ответ.

Тепло. Спокойствие. Внимание.

Будто он ждал.

Будто он знал, что это произойдет.

Она задохнулась, сердце забилось слишком быстро, слишком громко.

И, так и не сказав ни слова, она отступила.

Тень пещеры скрыла ее.

Наступил конец месяца, и вместе с ним пришла мелодия. Она разлилась в воздухе, едва уловимая, словно шепот ветра среди скал. Но для нее этот звук был громче и яснее всего остального. Он проникал в самое сердце, задевал что-то глубокое, сокровенное, что до этого дремало в ее душе. Мелодия манила, звала, тянула за собой — и она не могла сопротивляться этому зову.

Она знала, что он будет ждать. Сколько потребуется — годы, десятилетия. Он всегда будет там, среди скал, среди теней, среди звуков своей музыки. Терпеливый, как сама вечность.

Она думала, что сможет выдержать, что примет это ожидание, что подчинится ритму времени. Но она больше не хотела ждать.

Музыка пела — настойчиво, мягко, требовательно. Она словно жила внутри нее, вибрировала при каждом вдохе, отзывалась в крови. Ноги сами несли ее вперед, к краю уступа.

Она должна была увидеть его. Увидеть его взгляд. Узнать, что скрывается за этим спокойствием, за молчаливым ожиданием. Проникнуть вглубь, прочесть в глазах то, что не могла рассказать мелодия.

Она не знала, как он посмотрит на нее. Не знала, каким будет этот миг. Но она знала одно: она не могла больше откладывать этот момент. Не могла оставлять себя в неведении.

И если для этого ей нужно было расправить крылья,значит, пришло время лететь.

С каждым шагом воздух вокруг нее дрожал от переполнявшей ее силы. Потоки магии закружились, окутывая тело, мерцая мягким голубоватым светом. Мгновение назад она ощущала себя человеком — но теперь это осталось позади. Что-то внутри сорвалось, высвободилось, вспыхнуло, и в следующий миг ее тело изменилось. Распахнулись кожистые, еще непривычные, но уже полные силы крылья. Драконица посмотрела вперед, ее сердце билось в такт мелодии и, сделав несколько неуверенных взмахов, она взмыла в небо.

Ее тянуло к нему, к его молчаливой уверенности, к тайне, что окутывала его, словно тень.

Она приземлилась за его спиной, мягко, почти бесшумно.

Он сидел на одном из выступающих камней и продолжал играть на флейте. Короткие темные волосы едва колыхались на ветру, голова была слегка наклонена вперед. Черный плащ мягко струился по спине, почти касаясь камня, на котором он сидел.

Мелодия затихла. Закончив играть, он позволил тишине наполнить пространство. Он остался сидеть, опустив руку на колено и легко сжав флейту. Он не обернулся, не проронил ни слова — просто ждал, словно давая ей возможность самой решить, что делать дальше.

Она приняла человеческий облик, мягкий свет магии скользнул по коже, облачая ее в нежно-бирюзовое платье, легкое, как дыхание ветра. Ткань мягко колыхалась, отражая сияние уходящего дня. Она сделала шаг вперед, сердце гулко билось в груди.