Книга Пепел на моих крыльях, страница 65 – Рина Белая

— Наставника слишком долго нет, пойду проверю, все ли с ним в порядке.

Он тут же поднялся и направился прочь, растворяясь в ночи.

— Аш'Шарракс, — зашипела я, сжимаяв руках чашку.

Почему стоило мне испытать к нему благодарность, как он тут же нашел способ перечеркнуть все. Этот безрассудный поступок, очередное подтверждение его сути.

Пепельный дракон всегда остается пепельным драконом.

Ночь вступила в свои права, окутывая лес прохладной тьмой. Костер горел ровно, его пламя колыхалось в такт легкому ветру, отбрасывая на лица сидящих вокруг теплые отблески. Эльфы молчали. Лаэрон лениво крутил в руках клинок, ловя свет огня на лезвии, а Ваэринэль методично натирал свое оружие, словно этот процесс приносил ему спокойствие.

Аш'Шарракс вернулся довольно быстро. Не меняя ипостаси, он улегся, растянув свое огромное тело прямо на поляне. Но даже не глядя на него, я кожей ощущала напряжение, исходившее от него. И не только от него — эльфы тоже были настороже.

Все ждали.

Магия Бездны могла вновь проявить себя в любой момент, и никто не собирался расслабляться. Они были готовы. Но… пламя мирно потрескивало, птицы пели свои ночные песни, комары настойчиво жужжали под ухом. Ничего не происходило.

Решив не позволять страху взять надо мной верх и не погружаться во мрак из-за утраты, я сосредоточилась на магии. Водя рукой, я призывала едва ощутимые потоки энергии, сплетая их в тонкие нити.

Часы текли незаметно. Под утро я осознала, что уже уверенно соединяю нити, складывая их в небольшой лоскут ткани. Работа шла легко, но глаза жгло от усталости, веки становились тяжелыми, и сон настойчиво тянул меня в свою бездонную пучину.

Я огляделась.

Эльфы не спали.

Дракон тоже не сомкнул глаз.

Но, видимо, у Бездны сегодня был выходной.

Я незаметно зевнула, прикрыв рот ладонью и, устроившись поудобнее под раскидистым деревом, подложила руку под голову. Стоило лишь сомкнуть веки, как сознание тут же провалилось в темноту.

Меня разбудило позвякивание металла — Лаэрон возился с упряжью, седлая лошадей, готовя их к дальнейшему пути. Он, видимо, уже успел поохотиться: к седлу его лошади были привязаны несколько подстреленных птиц с ярким оперением.

С трудом поднявшись, я спустилась к озеру. Холодная вода приятно остужала ладони, и я несколько раз умыла лицо, смывая остатки сна. Освеженная, я направилась к своей кобыле, которую уже держал Аш'Шарракс.

Животное косило на него большими глазами, чуть отводя голову в сторону, словно опасаясь, что он снова решит пустить ее вскачь на перегонки с ветром. Я погладила ее по бархатистой морде и тихо заверила:

— Сегодня без скачек, обещаю.

Кобыла слегка фыркнула, но, кажется,немного успокоилась.

Улыбнувшись, я бросила взгляд на ту часть поляны, где спал Аш'Шарракс и замерла. Большая часть травы вокруг почернела и высохла, словно ее выжгли изнутри. Там, где еще недавно были густые зеленые заросли, теперь зияли голые проплешины, испещренные трещинами. Это место выглядело так, будто магия Аш'Шарракса вытянула из земли всю жизнь, оставив ее пустой и бесплодной. Этот вид вызывал странное чувство тревоги.

«Дракон» поймал мой взгляд, но ничего не сказал. Он передал мне поводья, подкинул меня в седло, а после сам с легкостью запрыгнул на вороного. Мы двинулись в путь.