Книга Лариса научись жить заново, страница 17 – Людмила Вовченко

— Лариса Раэль, — прозвучало. — Род признал тебя. Твоя кровь — открыта. Мужья выбраны. Пророчество зазвучало. Теперь — право выбора и право земли.

Женщина с платиновыми косами вышла вперёд. Глава земельного клана.

— Предложены три владения, — произнесла она. — Первая — участок в центре столицы. С выходом к Золотому рынку, рядом с храмом богини.

В проекции вспыхнул образ: роскошный дворец, мостики над потоками воды, купола с магическими зеркалами. Толпы, суета, глубоко урбанизированный оазис.

— Второй участок — побережье Бирюзового океана. Вечнотёплый климат, редкие штормы, редкие вторжения. Уже есть древние сады и резиденция предков.

Образ сменился: блики воды, пальмы, розовый песок. Уединение, утопия… покой.

— Третий участок — граница Сиэй’Варры, земли у Кромки Пустоты. Леса. Реки. Почва плодородна, но рядом — антимагическая зона. Ветры сильные. Неосвоенные земли. Хищники. Стихийные разломы.

Проекция вспыхнула кроваво-золотым: туманные леса, широкие полноводные реки, скалы, и… миражи пустыни, нависающей на горизонте, будто сама смерть.

В зале воцарилась пауза. Все ожидали, что она выберет столицу или океан. Молодой род редко выбирал границу, где магия терялась, где земля дышала тайной и опасностью.

Но Лариса уже знала.

Она вспомнила пророчество.

«Воскресит не только род, но и землю».

И всё в ней откликнулось.

— Я выбираю третью, — спокойно сказала она. — Сиэй’Варру. Лес и реки у границы с Пустотой.

Вздохи.

Шёпоты.

Недоверие.

— Земля проклята! — вспыхнула одна из старшихженщин. — Там магия умирает!

— Значит, её нужно воскресить, — спокойно ответила Лариса.

И в эту секунду над ней вспыхнул символ: золотое пламя, сине-серебряный водоворот и тень с крыльями — знак рода, новый, живой.

Совет был вынужден согласиться.

Через мгновение ей выдали артефакт-контракт, в котором активировалась сумма — ритуальное свадебное преданое для основания рода. Приличные финансы. Этого хватило бы на хороший дом. Но на браслете Ларисы уже горели фонтанами ресурсы от принятых мужчин. Это злило некоторых женщин.

Особенно тех, кто уже думал, что избавился от конкуренции.

* * *

Они ждали.

Сговор был прост. Несколько знатных женщин, включая бывшую невесту одного из её мужчин и даже свекровь той самой женщины, придумали план. Раз Лариса выбрала землю у границы с Пустыней, они решили, что влияние антимагии поможет незаметно подбросить ей магическое внушение. Сделать так, чтобы она отказалась от мужчин. Чтобы она впал в сомнение. Ушла. Исчезла.

Ночью, когда Лариса уснула в своих временных покоях, служанка, завербованная одной из заговорщиц, принесла магическую пыль забвения, зачитав формулу ложного внушения: «Они тебе не нужны. Ты — гостья. Не останешься. Не их. Не здесь».

Но не успела она опустить пыль на кожу, как браслет Ларисы вспыхнул ослепительно белым светом, и био-броня активировалась.

Из ткани, что была ночной туникой, выросли жилы, щит, когти, маска. Всё произошло в долю секунды. И когда Лариса проснулась — она не помнила сна, но почувствовала чьё-то прикосновение, вкус металла во рту и дрожь пальцев.

* * *

Утром её вызвали снова.

Словно ничего не было.

— Мы предлагаем тебе в мужья одного из жрецов, — произнесла верховная жрица. — Он — не из рода. Но мудр, чист, вынослив, с сильной линией крови. Твой род укрепится через этот союз.