Книга Лаванда для отца-одиночки, страница 139 – Салма Кальк

Выступать было очень страшно — потому что она ничего подобного раньше не делала. Папа посмеивался — нужно же, сказал, начинать когда-то, почему бы не сейчас? И добавил — ты уже сделала самое сложное, когда решилась участвовать, теперь осталась сущая ерунда — подготовиться и выступить.

Правда, потом ещё оказалось, что в той же конференции внезапно участвует Стеф. И когда они всей компанией принялись его трясти — что да откуда, он признался, что ещё когда у них была отработка в библиотеке, то он приглядел там книгу с рыцарем. И та книга не давала ему покоя, он потом пришёл и попросил разрешения её прочитать. Но оказалось, что он и языка не знает, и разобрать там ничего не может, и тогда ему предложили книгу о том же рыцаре на понятном языке, и не рукописную, а нормальную печатную. И он три дня ходил в читальный зал, потому что домой книгу не давали, а потом спросил, можно ли о том рыцаре сделать доклад. Рыцарь оказался ни много ни мало предком господина Вьевилля, начальника Лаванды, и он, оказывается, в жизни немало поприключался, прежде чем построить дом в Паризии и жить в нём, и в целом там было, о чём рассказать. Правда, пришлось попутно читать ещё о крестовых походах, потому что рыцарь в них отметился, и ещё о чём-то, но в целом Стеф справился.

А Юме ещё и госпожа Дениз, сестра Луи, подкинула почитать бумаги их предков — о том, как строили их дом, и как разбивали сад. Дневниковые записи столетней давности потрясли Юму, она и не думала, что за этими стенами и колоннами стоит настоящая жизньлюдей. А теперь вот пришлось подумать. И вообще, дом-то оказался у папы только потому, что единственная внучка той самой Марианны Тьерселен, тоже некромантка, уехала на далёкую родину своей бабушки и осталась там, вышла замуж, и где-то там живут её потомки. А дом остался здесь, и в нём теперь — Юма с папой, и с Лавандой.

И когда в день конференции Юма вошла в старинный и прекрасный зал университета, то первым делом увидела там господина герцога Саважа — дедушку Мари-Изабель. А потом ещё оказалось, что он — председатель жюри.

Она выступала в номинанции «Семейная история», и герцог Саваж прямо пришёл её послушать — потом сказал, что ему очень приятен и её интерес к истории города, и интерес к истории одной из знаменитых семей магов-некромантов. И в своей номинации Юма получила диплом первой степени — тот же самый герцог Саваж сказал, что она очень хорошо обобщила никогда не издававшийся материал и отлично с ним выступила.

Диплом принёс ей некоторую славу, кучу баллов рейтинга и подарки — большой торт, который съели в тот же вечер дома, очень красивое издание «Истории магических искусств» и билет в Королевский музей на индивидуальную экскурсию по выбору, и с собой можно взять до десяти человек. Юма подумала и решила — сходим в каникулы.

И вообще внезапно они все втроём вошли в десятку по рейтингу их параллели — Юма пятая, Луи шестой, Фред восьмой. Фред изумлялся больше всех, пока Юма не треснула ему по голове и не сказала — да сколько уже можно говорить-то, что ты крутой, привыкай!

Вообще они теперь проводили много времени с Фредом вдвоём. Гуляли по городу — вообще ни он его толком не знал, ни она, и гулять им нравилось. Как и раньше, делали вместе уроки. Иногда просто смотрели дома кино, или дурачились в саду, или бесились с Трофеем. И целовались… когда рядом никого не было.