Книга Лаванда для отца-одиночки, страница 45 – Салма Кальк

— Господин Жервез, мне очень жаль, но вы нужны в школе. Как можно скорее.

На выходе из здания Тео столкнулся с Филибером.

— Наши что-то отчудили всем коллективом, — пожал он плечами. — Марта позвонила, очень просила быть. Сказала — без меня не справится.

Госпожу Марту, супругу младшего брата Филибера и мать перспективных молодых людей, Тео пока не видел ни разу.

Что ж, значит — вперёд.

13. О революции и котиках

Юма не ожидала, что в музее может быть интересно.

Уж конечно, в старых школах они ходили в музеи. В Новой Массилии их несколько. Но было скучно, потому что нужно было ходить и слушать. В одном только музее встретилось немного интерактивных развлечений, можно было ходить, сканировать коды, смотреть объёмные модели старинных домов и кораблей.

В Королевском музее их сразу же взял в оборот местный экскурсовод, привёл в большой зал с портретами и сказал каждому из класса выбрать, о ком хочется послушать. Юма не знала никого из тех, кто там на стенах висит, поэтому просто ходила и смотрела, кто больше понравится. Скажем, Жаку де ла Мотту было просто — он выбрал какого-то предка, да и всё. Девчонки выбирали каких-то красивых мужчин, и ещё спорили, кто красивее. Фред попробовал спрятаться за спинами других, но ему капец сложно, он высокий, до него всё равно докопались и отправили выбирать. Юма же ходила и прицельно изучала женские портреты — а то чего одни только мужики? Вдруг какая-нибудь королева найдётся?

Королевы не нашлось ни одной, или они все где-то в другом месте висят. Зато нашлись две девушки в мужской одежде, а вокруг них — огонь, девушки разные, огонь тоже разный, но в чём-то похожи. И ещё была одна такая дама, в возрасте, не как бабушка, но тоже приличном, и она почему-то стояла посреди леса. Лес был какой-то голый, а вокруг неё всё белое, и одета она тепло. Юма не сразу сообразила, что это зима и снег, снега она и не видела в реале никогда, и не представляла, как это вообще. Видимо, вот так — в меховом пальто и меховой шапке, и вместо перчаток — толстые… кто? И обувь, однако, тоже специальная.

— Юная магичка заинтересовалась её высочеством Эжени де Роган? — внезапно спросил экскурсовод над ухом. — Кто знает что-нибудь об этой даме?

Её ещё и звали так же, как Юму, да?

— Супруга принца Анри де Рогана, вместе с ним боролась за поддержание порядка во время революции и помогала ему скрыть Лимейский замок от разрушения и разграбления, — тут же ответил Жак де ла Мотт.

— Верно, — закивал экскурсовод. — Этот портрет написан позже, во второй половине девятнадцатого века, специально для галереи. Конечно же, по рассказам и фантазии художника, потому что её высочества уже не былов живых. И до того, как стать принцессой Роган, эта дама звалась маркизой дю Трамбле и угодила в ссылку на край света, где зима длится больше полугода. Вместе с ней туда угодил и принц Роган.

— Там они и признакомились? — хмыкнула Юма.

— Уверяю вас, юная дама, они были отлично знакомы, потому что маркиза являлась первой дамой двора его брата. И говорят, терпеть друг друга не могли. Но если бы не некий артефакт, то они бы не смогли вернуться сюда и сделать то, что сделали. Что за артефакт, кто знает?

Все замолчали.

— Портал что ли? — спросил Фред. — Раз вернулись откуда-то там… издалека, в общем.