Книга Бесчувственный. Ответишь за все, страница 10 – Виктория Кузьмина

Я тяжело вздохнула, смирившись с неизбежным.Все равно держать это в себе было уже невыносимо.

— Сириус Бестужев сегодня был в комнате, — выдохнула я, и слова прозвучали как приговор.

Я рассказала ей все. С самого начала. Как я зашла и застала там всю эту веселую компанию. Как выгнала их. Как он вернулся. Его наглый, оценивающий взгляд. Его тихий, повелительный голос. И его приказ. Принести ему кофе. Завтра утром.

С каждым моим словом глаза Миры становились все шире, а рот медленно открывался в безмолвном удивлении. Когда я закончила, она несколько секунд просто сидела с открытым ртом, хватая воздух, как рыба, выброшенная на берег.

— Блиииин, — наконец выдохнула она, растягивая слово. — Вот это поворот. Я... даже не знаю, что сказать… Слушай, он ведь не был ни разу замечен в связях с людьми. Только волчицы. Ты знаешь же про Злату Скрон. Она его девушка.

Она замолчала, задумавшись, переваривая информацию. Потом ее взгляд снова стал острым и аналитическим. А я вспомнила про Злату. Дочь известного бизнесмена Диара Скрона. Очень… яркая девушка. С ней пересекаться мне хотелось бы примерно— никогда в жизни.

— Ну и что? Ты ему кофе завтра понесешь?

Я посмотрела на нее, подняв бровь, как будто она спросила нечто совершенно абсурдное.

— Да брось ты. Он же забудет обо мне к утру. Наследнику волков, у которого, я уверена, есть личный бариста, не нужен мой дешевый кофе из автомата.

Мира посмотрела на меня с таким глубоким, почти жалостливым сомнением, что у меня в животе снова похолодело.

— Слушай, что-то мне подсказывает, что нет, — произнесла она тихо, и в ее голосе прозвучала неподдельная тревога. — Он не из тех, кто просто что-то говорит. Если он приказал, он будет ждать. И если ты не придешь...

Она не договорила, но продолжение повисло в воздухе, тяжелое и неотвратимое. Он не из тех, кого стоит злить. Он не из тех, кто прощает неповиновение.

Внезапно веселая и уютная комната показалась мне клеткой. Воздух стал густым и давящим. Я посмотрела на часы и поняла, что уже поздно.

— Мне пора, — резко поднялась я с дивана, сметая несколько подушек на пол. — Завтра рано вставать.

— На пары? — уточнила Мира, но в ее глазах читалось понимание.

— На пары, — кивнула я, но мы обе знали, что это была ложь.

Я вышла из ее комнаты, и контраст снова ударил меня по голове — тусклый светкоридора, запах затхлости и старой капусты из соседней кухни. Я побрела к себе, к своей комнате номер 454, к моей новой жизни, которая за один день превратилась в какой-то сумасшедший кошмар.

За дверью было тихо. Сара, видимо, еще не вернулась. Я зашла внутрь, щелкнула замком и прислонилась спиной к прохладной поверхности двери, закрыв глаза.

В ушах снова зазвучал его голос. Низкий. Бархатный. Непререкаемый.

«Завтра. Восемь утра. Аудитория 301. Кофе. Черный. Не опоздай».

Я ему не собачка и не прислуга. Пусть ему его подпевалы кофе носят. С этими мыслями я легла спать.

Тетрадь с расписанием лежала передо мной раскрытой, как карта сокровищ, только вместо золота и алмазов на ее страницах были выписаны скупые строчки лекций и заветные временные окна для подработок. Ручка в моей руке выводила аккуратные буквы, превращая хаос недели в упорядоченный план выживания.

Суббота сияла в этом списке настоящей звездой. Шесть тысяч за одну смену! Это была не просто удача, это был подарок судьбы, за который я готова была держатся обеими руками. Такие деньги решали кучу проблем — можно было отложить на новый ноутбук, купить маме что-то приятное, перестать на какое-то время считать каждую копейку.