Книга Бесчувственный. Ответишь за все, страница 115 – Виктория Кузьмина

— Мне, пожалуйста, вот эту булочку с корицей…и кофе.

Сириус кивнул женщине за прилавком, заказал черный кофе для себя, и оплатил. Он взял два стакана с дымящимся напитком и вручил один ей, а затем протянул ей ту самую, пахнущую раем диабетика, булочку, завернутую в салфетку.

И на секунду он замер, залюбовавшись выражением ее лица. Она взяла стакан обеими руками, придерживая булку большим и указательным пальцами. Словно грея о тонкий картон ладони, ее глаза полуприкрылись от наслаждения, когда она вдохнула аромат. И потом… потом она улыбнулась. Глядя на чертов кофе. Уголки ее губ дрогнули и поползли вверх, делая взгляд мягким, беззащитным и по-детски счастливым.

Ему она еще не улыбалась.

Мысль пронзила его внезапно и остро, как ледяная игла. Он с трудом отвел взгляд, уставившись на свой собственный стакан, и впервые за долгое время с истинным, неподдельным недоумением подумал: «И на хрена она мне, собственно, сдалась?»

Вопрос повис в воздухе, не находя ответа. Но протянул руку и отломил кусок от её булочки. она подняла брови и округлив голубые глазища уставилась на него шокировано. Но чувствуя на языке приторно-сладкий вкус, что-то внутри него, глубоко и упрямо, шевельнулось. Что-то, что не имело ничего общего с контролем, функциональностью или нежеланием возиться с больной девчонкой. Что-то опасное и абсолютно, чертовски, нежелательное.

Он вел меня за руку, и это было самым пугающим за все время нашего знакомства. Не его привычная железная хватка за запястье, а именно что за руку. Его пальцы, сильные и теплые, переплелись с моими, и от этого простого жеста сердце колотилось где-то в горле.

Смотрите все. Сириус Бестужев, держит за руку человеческую девчонку.

Торговый центр был ярким, шумным кошмаром. Люди и оборотни ходили туда-сюда но завидев Бестужева расступались перед ним, как перед царем. Я ловила на себе шокированные, испуганные, осуждающие взгляды. Они все видят. Все знают. И теперь он выставляет это напоказ. Зачем?

Когда мы остановились у входа в отдел нижнего белья, я попыталась выдернуть руку. Он на мгновение сжал ее сильнее в молчаливом предупреждении, а затем отпустил.

Отступил к строгому черному диванчику и уселся, откинувшись на спинку. Его взгляд, тяжелый и всевидящий, пригвоздил меня к месту. Я была как бабочка под стеклом.

Внутри пахло дорогим бельем и деньгами. Я, крадучись, хватала с полок самые простые, неприметные комплекты. Хлопок. Темные цвета. Никаких кружев. Я не собираюсь перед ним красоваться. Мне нужно просто иметь больше одного комплекта.

На кассе улыбчивая, слишком ухоженная девушка завернула мои скромные покупки, а затем, с хитрой улыбкой, положила в коробку пару черных ажурных чулок.

— Вам комплимент от бренда, — прошептала она, подмигивая. — Для полного образа. Может, подберем что-то более… соответствующее?

Образ? Какой еще образ? Я хочу просто нормальное белье!Но взгляд сам по себе уперся в эти тонкие, почти невесомые чулки. А ведь… красиво. Интересно…

Я почувствовала, как по щекам разливается предательский румянец, и, проклиная себя за слабость, кивнула.

Мне принесли комплект. Черное кружево. Откровенное, роскошное, пугающее. Пока его заворачивали в шелк, я, чтобы хоть как-то сохранить лицо, достала свою карту. И тут мой взгляд упал на итоговую сумму.