Книга Бесчувственный. Ответишь за все, страница 59 – Виктория Кузьмина

Человек, привязанный к металлическому стулу, не напоминал сейчас что-то человеческое и уж точно не был похож на оборотня. Жалкое зрелище.

Сириус с безразличным видом наблюдал, как его тело сотрясала мелкая дрожь, а по разбитому подбородку струилась алая жижа. Заплывшими глазами жертва смотрела на наследника волчьего клана с животным ужасом, понимая всей своей избитой сущностью, что этот зверь, этот монстр, не отступит. Здесь, в этих стенах, не останется и следа от его жалкого существования.

— Я молю вас, альфа… господин Бестужев… отпустите меня. Я правда ничего не знаю, — прошептал мужчина, захлебываясь слезами и кровью.

Он не мог и представить, что его жизнь когда-нибудь сведет его с таким чудовищем. А монстр смотрел на него горящими синим огнем глазами. Беспощадно. Бесчувственно.

Мужчину покоробило от этого зрелища. И правда, пересуды не врали. Наследник был из рода Северных Волков. О них ходили легенды. Эти оборотни давным-давно вымерли. Огромные белые волки. Величественные и опасные. Они не знали пощады.

Сильно отличающиеся от собратьев, их невозможно было спутать ни с кем другим. Белая шкура и редкая генетическая черта, присущая только их клану, — синие глаза. У всех, глаза были синими. Но у этой черты было еще одно, куда более жуткое отличие. Синими глазами мог похвастаться лишь тот представитель, кто никогда не убивал, не имел на своих руках крови, не отнимал своими когтями жизнь другого. Таких было крайне мало. Каждого щенка, что в детстве спать идти не желал пугали. Придет белый волк с алыми глазами и откусит непослушному щенку хвост….

Вот он и за мной пришел…

Сейчас мужчина трясся и боялся, что глаза наследника в следующую же секунду сменят свой цвет на алый. Именно потому, что Сириус отнимет его жизнь. И то, что Бестужев до сих пор не совершил этого, совершенно не значило, что сегодня все останется по-прежнему.

Внезапно Сириус заговорил, и его голос гулким эхом отразился от металлических стен ангара, обрушившись бетонной плитой на плечи привязанного.

— То есть ты хочешь сказать, что в твоем клубе проворачивают дела без твоего ведома? А нет… У тебя же больше нет клуба.

Мужчину затрясло как в лихорадке. Он заговорил прерывисто, путая слова.

— Я… я не знал! Не знал я об этом, не имею я к этому никакого отношения, клянусь!

Сириус жестом подозвал к себе парня, стоявшего в тени. — Паша, ты веришь ему?

Мужчина уставился на молодого оборотня с мольбой в глазах, но встретил лишь ледяное равнодушие.

— Ни единому его слову не верю, — спокойно произнес Паша.

— Но я говорю правду! Я не знаю, кто спалил мой клуб! И я никому никогда не давал поручений кого-то отпаивать! Спросите бармена!

Сириус медленно подошел, схватил мужчину за мокрые сальные волосы и дернул, заставив запрокинуть голову. Их взгляды встретились. В упор.

— Вот какая неувязка, — прорычал Сириус, и его голос низким гулом наполнил пространство. — Этот пидор мертв. Из кого же мне теперь спрашивать? С тебя, мразь, спрошу.

В этот момент привязанный окончательно понял — его жизнь оборвется здесь.

Когда все закончилось, и стонущее тело на стуле обмякло, Сириус оторвал взгляд от экрана телефона и уставился на Пашу, вытирающего руки о уже достаточно окровавленную тряпку. Мужчина на стуле был все еще жив, но едва дышал.