Книга И пеплом стали звезды, страница 54 – Рина Сивая

А сегодня я сама себя лишила призрачного шанса узнать хоть что-то. Я даже не пыталась связаться с эсминцем, прежде чем открыть по нему огонь. Будто на самом деле забыла про Тая. Забыла про то, что он для меня значил. Предала его во имя собственного выживания.

Даг Тариус появился незаметно и опустился рядом, прижимаясь спиной к корпусу корабля, пока я сидела, уткнувшись лицом в колени. Он долго молчал, прежде чем спросил:

— Расскажешь, что происходит?

Я не собиралась. Я так долго молчала о том, что творилось у меня внутри, что всерьез поверила, будто никогда и никому не смогу открыться хоть немного. Но в тот момент мне было так страшно и одиноко, что я все же произнесла голосом, сорванным до шепота:

— Ты любил когда-нибудь?

Я не смогла оторвать лба от собственных коленей, поэтому не видела, как на мой вопрос отреагировал капитан.

— Именно поэтому я здесь, — слишком печально выдал он спустя паузу. В его голосе прозвучалаболь целой вселенной.

— И я.

Мы молчали, никто не желая говорить о личном. Я ничего не знала о Даг Тариусе, но те минуты тишины дали мне понять, что он тоже невыносимо одинок. Его сердце разбито, как и мое. И мы оба пытались жить, не обращая на это внимания. Два призрака, греющиеся у холодного двигателя корабля.

Отсюда нелюдимость. Отсюда снотворное. Отсюда это место в самом дальнем углу корабля, где мы нашли друг друга в минуту отчаянной горечи.

— Он мог быть на том корабле, — едва слышно прошептала я, сжимая руки так сильно, что ногти впились в ладонь, оставляя глубокие ранки. Кровь выступила теплыми каплями.

А я его убила — подумала, но не смогла произнести вслух. Думаю, Даг понял это и без меня.

— Мы подняли на борт четыре спасательные капсулы. Они сильно пострадали, но трое солдат выживут. Один из них в сознании, ты можешь с ним поговорить.

Я хотела и не хотела этого, опасаясь слов, которые тот мог мне сказать. Но капитан не настаивал, давая мне самой выбрать, как поступить.

Он просидел со мной еще немного, а после сигнала коммуникатора положил руку мне на плечо и тихо произнес:

— Ты спасла нам жизнь, Лин. Даже если это стоило тебе души и обратило твои звезды в пепел. Я никогда об этом не забуду.

Его прикосновение было тяжелым, как приговор, и в то же время единственной опорой в рушащемся мире.

Пальцы Дага всего на миг сжались сильнее, а после отпустили. Он ушел, оставив меня наедине с собственными тяжелыми мыслями и решением, которое я должна была принять, чтобы узнать хоть что-то или навечно остаться в неведении.

Страх душил меня наравне с отчаянием. Но спустя какое-то время я все-таки сдалась обоим. Жить без Тая было невыносимо. Но зачем вообще это делать, если он и сам уже мертв?

Именно поэтому я нашла в себе силы, чтобы на негнущихся ногах подняться с места и последовать в медотсек.

Мне нужно было задать всего один вопрос. А бластер для последнего залпа всегда находился при мне.

Стоило дверцам плавно отъехать в сторону, как моему взгляду предстала Мирайя, наш доктор, снимавшая показания с капсулы одного из раненых солдат. Воздух в медотсеке был густым от запаха антисептика и свежей крови.

— Он там, — курианка кивнула на соседний отсек, не дав произнести ни слова. — Вроде бы не спал.

Я не стала спрашивать, откуда она знала, кто мне нужен, а просто прошла в нужном направлении, останавливаясь перед солдатом в темно-зеленой форме Космофлота. Не пилот и не десантник, возможно, бортинженер или кто-то из обслуживающего персонала погибшего корабля.