Книга И пеплом стали звезды, страница 52 – Рина Сивая

— А ты не дура, — спустя долгое раздумье выдал мужчина, и я почувствовала, как напряжение в воздухе слегка спало. Поэтому руку с пульсара убрала. — Тысяча сразу по возращению на Галтею, остальное — после продажи груза.

— Договорились, — я очень постаралась, чтобы моя самодовольная улыбка осталась внутри меня.

— Вылетаем завтра в шесть утра, — сообщил мне зантонец. — Седьмой ангар у северного дока. Корабль называется «Аргус». Не опаздывай.

Я кивнула, давая понять, что все поняла и запомнила. И, смотря в спину уходящему мужчине, уже подсчитывала, какие из заказов успею закончить за ночь, а какие придется вернуть Нас-Илю. Придется работать до рассвета.

— Опоздаешь — улетим без тебя, — обернувшись у самого края стеллажа, бросил мне зантонец. Его желтые глаза на мгновение поймали мой взгляд, и в них читалось предупреждение. Он не шутил.

Я бы поспорила с этим утверждением, ведь именно мне планировалось отдать кресло пилота. Но все же кивнула:

— Не опоздаю.

На «Аргусе» я задержалась на целых восемь месяцев. Мои навыки полностью устроили Даг Тариуса, что не удивительно, ведь я не только достойно управляла его кораблем, но еще и занималась ремонтом мелкой электроники, не требуя при этом себе прибавки к заработку. Хотя с полутора тысяч кредитов за один полет оплата успела вырасти почти до трех, так что жаловаться мне было не на что.

Меня кормили, жила я по большей части на линкоре за исключением редких вылазок на планеты, где капитан или покупал, или продавал, или воровал груз. Иногда я тратила заработанные кредиты на новые инструменты или одежду, но это случалось редко, поэтому в какой-то момент на моем счету скопилось достаточно средств, чтобы можно было купить маленький и потасканный, но свой собственный корвет. И я всерьез стала об этом задумываться, но пока не решалась на такой поступок.

Команда на «Аргусе» собралась разношерстная. Помимо меня архонцев не было, но их вообще в секторах, не входящих в союз, встречалось мало. Зато на корабле прекрасно уживались и зантонцы, и курианцы, и тварги, и представители других рас. Всего двадцать, считая меня, и я сразу же заметила, насколько команда дружна. Здесь каждый шутил над каждым, порой очень грязно и жестоко, но обиды друг к другу не питали. Никто не стеснялся предложить другому помощь, если это было необходимо.

И все, как один, боялись Даг Тариуса. Не в страхе раба, а в почтительном ужасе ученика перед учителем.

Он не участвовал в совместных посиделках, а если и позволял себе пропустить бокальчик в компании команды, то был привычно хмур и молчалив. Он редко говорил, если только не отдавал приказ, но был крайне внимателен ко всем, кто находился на борту его корабля.

Даже ко мне.

— Ты кричишь по ночам, — однажды во время перелета сообщил мне зантонец. Еще с первого полета повелось, что он проводил время со мной в кабине, занимая место второго пилота. Его присутствие было ощутимым, но не давящим.

— Кошмары, — не стала скрывать я. Притворяться перед капитаном было бесполезно — он не был дураком, и сам мог догадаться.

Кошмары снились мне каждую ночь с тех самых пор, как я покинула Ирас. В одних умирала я, в других — смотрела, как погибал Таймарин. В некоторых видела, как он, обнимая другую архонку, смотрел на меня насмешливымиизумрудными глазами и говорил: «А чего ты хотела? Ты мертва, а я — жив».