Книга Любовь, которую ты вспомнишь, страница 29 – Рина Сивая

Я рожала ребенка, зная, что у него никогда не будет отца. И я не скрывала эту правду от сына. А тут такой шанс не для меня, для моего мальчика получить хоть немного отцовской любви. Разве могу я лишить его этого?

Но это значило, что мне придется принять тот факт, в котором единственный мужчина, которого я любила больше жизни, все это время был жив, а теперь стоял прямо за этой дверью. И мне как-то придется сообщить ему о том, что у него есть сын.

– Я буду рядом, – точно определив момент, когда я приняла решение, поддержала Лера. – Если хочешь.

– Хочу, – я даже не задумывалась над ответом. – И ты, и Паша. Пожалуйста.

Паша с готовностью кивнул и подошел к нам, вновь обнимая меня за плечи.

– Все будет в порядке, – слегка встряхнув меня, он улыбнулся. – Мы же семья. Со всем разберемся.

Когда-то я считала Диего своей семьей, а потом ею стали вот эти люди – сестра и ее муж, которые никогда не отказывались провести время со мной и моим сыном. Я знала, что они хотели собственных детей, и та авария подкосила их обоих. Возможно, поэтому Саше доставалось так много внимания со стороны крестной и Паши.

Но я точно была уверена, что вокруг меня те, кто нас любил. И собирала себя в кучу, понимая, что в этот сложный момент они тоже рядом.

За Ди пошла Лера. Паша в этот момент проводил меня обратно к дивану и усадил, а когда попытался отстраниться, я придержала его за руку. Мне нужно было это прикосновение, чтобы не потерять связь с реальностью.

Но, когда дверь распахнулась, и вслед за хмурой Валерией внутрь вошел Диего Солер, я все равно вздрогнула.

– Привет, – какое-то сухое и совершенно непривычное, хотя голос до боли знаком.

– Здравствуй.

Мой звучал не лучше – плоский, тихий. Безжизненный. Пальцы Паши сжались сильнее, приободряя, и я поняла, что задержала дыхание. Пришлось экстренно снова учиться дышать.

Ди остановился в трех шагах, давая возможность осмотреть себя с ног до головы. Все тот же деловой стиль: брюки, рубашка, расстегнутый пиджак. Никаких галстуков – Диего их ненавидел, надевал только по случаю. И верхнюю пуговицу у рубашек никогда не застегивал, говорил, что так ему давит на горло. А если он уставал, расстегивал и следующую – вот так я всегда понимала, когда лучше не отвлекать мужа от дел, а когда стоит подойти и размять ему плечи.

Плечи, кстати, стали шире – видимо, Ди не забросил походы в спортивный зал. Раньше он минимум дважды в неделю занимался вместе с Хави в фитнес-клубе последнего. Судя по всему, эта привычка осталась с ним и в последние пять лет.

Та же борода, которая смешно кололась, когда Диего целовал меня в шею. Я в шутку предлагала ее сбрить, но Ди в такие моменты демонстративно обижался и говорил, что тогда мне придется жить с подростком. А я ему так и не сказала ни разу, как мне нравилась его жесткая щетина, особенно когда я по ней медленно проводила пальцам от шеи до самого подбородка и обратно.

Те же глаза – голубые, ясные, пронзительные. Но теперь холодные, я бы сказала равнодушные. Так Ди не смотрел на меня даже в нашу первую встречу в аэропорту, когда вылил на меня свой кофе.

Я отчетливо осознала, что сейчас мы совершенно другие. И пусть я находила в этом человеке очень много знакомых черт, но все же он – чужой. И я ему – чужая.

Эта мысль причинила боль. Гораздо проще оказалось жить в мире, где Диего был мертв, но я знала, что он всегда любил меня. Любил искренне, честно, безгранично. Где для него не было других женщин, кроме жены, и даже между мной и своей авторитарной матерью он всегда выбирал меня. А что теперь? Кто теперь занимал рядом с ним мое место? Когоон целовал перед сном и утром, едва раскрыв глаза? Кого держал за руку, кого обнимал со спины, кому шептал на ухо всякие глупости?