Книга Любовь, которую ты вспомнишь, страница 97 – Рина Сивая

– Елена тебя не понимает, – тихо напомнила я сестре.

– А я и не для нее это все говорю, – отрезала Лера, устремляя свой взгляд чуть правее, и я точно знала, кому именно она его посвящала.

Диего. Этот взгляд и эти слова были направлены на то, чтобы задеть его самого, а не его адвокатшу.

Я понимала, что Валерия отстаивает мои интересы в этой необъявленной войне, но именно в тот момент я отчетливо осознала: не хочу, чтобы она воспринимала Ди как врага. Потому что любила больше всего на свете, обоих. Даже если кто-то из них причинял мне боль.

– Перестань, – тихо попросила, покидая свое уютное убежище.Бросила беглый взгляд дальше, опасаясь увидеть Диего в обнимку с Еленой, но обошлось. Они, конечно, стояли рядом, но не дотрагивались друг до друга.

Это дало мне силы кивнуть Мартинез в знак приветствия. Та сжала губы, но ответила тем же.

На этом воодушевление закончилось, и вместо Диего я смотрела куда-то чуть выше его плеча, когда произносила:

– Прости, Лера не имела в виду ничего такого.

– О, еще как имела! – с упорством ледокола шла на таран Валерия. – И, если для некоторых ударенных на всю голову это не доходит, я могу повторить.

Я не успела ничего сказать – Лера шагнула вперед и уверенно ткнула пальцем в сторону единственного мужчины в этой компании:

– Либо ты перестаешь страдать черт знает чем и возвращаешь свою семью, либо подписываешь бумаги на развод и заканчиваешь этот спектакль! Третьего не дано!

– Лера! – чуть строже произнесла я, но моя родная защитница была слишком взвинчена, чтобы так просто остановиться.

– Хватит мучить друг друга! Мне надоело видеть слезы сестры из-за тебя, Диего Солер, и я прибью тебя, если увижу такие же слезы на лице племянника. Оставь их в покое, если не можешь определиться! Они пять лет без тебя прожили – проживут и дальше, если ты не будешь мельтешить перед глазами!

Валерия замолчала на одно мгновение, оглушая коридор тишиной, а потом более спокойным голосом произнесла:

– Мне плевать на твою амнезию, дорогой зятек. Помнишь или не помнишь – это все ерунда. Важно, чувствуешь ты что-то или нет. И если да – то дерзай. А если нет… – еще одна пауза, за время которой Лера красноречиво осмотрела Елену с ног до головы, и лишь после этого закончила мысль: – У тебя уже есть, кому согреть постель.

Молчание после последних слов Леры стало почти осязаемым.

Я не могла поверить, что правда, которую я так старательно прятала от Диего, так легко раскрывалась моей же сестрой. Елена не понимала вообще ничего, поэтому просто переводила вопросительный взгляд с Валерии на меня, потом – на Диего, и снова по кругу. А сам виновник происходящего смотрел на меня.

Мне уже нечего было терять. Десять минут назад я позволила ему поцеловать себя – и неважно, что поцелуя не случилось: это не отменяло того факта, что мой муж прекрасно понял ­– я не стала бы его отталкивать. И если после этого у Диего еще оставались какие-то сомнения касательно моих чувств, от уверенного спича Леры они все должны были развеяться.

Поэтому я поднимала глаза, готовая к любой реакции своего мужа. К презрению, злости, даже ненависти – ведь Ди не выносил сцен на публике. Но мне не было стыдно за поведение сестры – только за то, что мне не хватило смелости сказать все это самой.