Онлайн книга «Тринадцатая Мара»
|
– Выходим сейчас? Я так и не помылась, не поела. Уже плевать. – Да. Сейчас. * * * Половина пути. Кьяра спала. Теперь спала по-настоящему на заднем сидении – сияние вокруг неё еще осталось, но оно ослабло, учуяв, что хозяйку больше не требуется рьяно защищать. Ушло за горизонт солнце; мы стояли у того же кафе, что и на пути сюда. Только тогда мы держались друг от друга подальше, теперь внутренне были близки. Финальная черта. Мне ощущалось, что мы расстаемся, что это наш последний день вместе. Кем бы ни была та женщина, желающая мне смерти, искать её мы будем уже по отдельности. Он сам купил мне поесть и кофе, знал, что у меня нет денег: с рюкзаком потерялось все. Ни о чем не спрашивал, просто вложил в одну руку бутерброд, в другую – стаканчик. Мне отчаянно сильно нужны были эти минуты вместе. Мне, несмотря на холодный октябрьский воздух, было тепло, пока он был рядом. Сидд. Бесполезно пытаться объяснять тягу сердца логикой… В какой-то момент я решила себя не держать: может, у меня не будет больше шанса сказать ему что-то важное. Повернулась, посмотрела на того, с кем шла последние дни бок о бок, посмотрела прямо, глубоко. Позволила наконец нашим взглядам переплестись. С вселенской печалью ощутила, как много бы отдала за одно настоящее объятие, за поцелуй. – Если бы я умела так колдовать, знаешь… Он просто смотрел. У него красивые глаза – мне некогда было заметить это раньше. Ресницы темные, радужка светлая, зеленоватая; ободок черный. Проклюнулась щетина; запылилась рубашка. Даже в пыльной он выглядел стильным, мужественным. – Так колдовать, как никогда не умела… Он ничего не сказал, не попросил меня умолкнуть. Молча ждал продолжения. Сложно признаваться в сокровенном, но ведь Кьяра умеет. Значит, и я тоже. – Я бы заставила тебя забыть на день о том, что я совершила. А себя избавила бы от чувства вины на сутки. – Что случилось бы в этот день? Почему так трудно говорить правду, открывать сердце и вытряхивать оттуда содержимое? – Я бы пригласила тебя в кафе. И, может, … ты согласился бы. Мы говорили бы о чем-то простом, понятном, отвлеченном. Я бы хотела увидеть твою улыбку… хоть раз. «Дальше», – слышалось в воздухе. – Погуляли бы по городу, я сварила бы тебе лучший кофе в жизни. И, может быть, ты проводил бы меня до дома… В моей голове все же промелькнул против воли этот образ – обнятой его руками меня. И его губы, нашедшие мои. Снова бы тлела моя макушка, мы бы не смогли остановиться, не во второй раз, … и было бы уже плевать на обстоятельства, на эту жизнь, остались бы только мы. Я, наконец придавленная весом его тела… Наверное, все читалось по моему лицу, потому что Сидд обронил прохладно: – Не продолжай. – Ты спросил. – Я тебя услышал. «Не в этой жизни, Мариза», – я знала это ощущение отчужденности. Сполна испытала его за последние дни. Да, конечно. Не в этой. Просто хотелось перед расставанием обо всем сказать. Я сказала; остыл горький кофе. Пора было ехать дальше; на заправку потихоньку опускалась ночь. Вот она, конечная точка нашего с ним «приключения». Я хотела выбросить стаканчик, сообщить о том, что готова ехать, но опять запуталась в тяжелом, задумчивом взгляде мужчины напротив. – С ней все будет в порядке, – Инквизитор кивнул на машину, имея в виду Кьяру. – Да, – кивнула я рассеянно. |