Книга Его своенравный трофей, страница 39 – Александра Питкевич

По телу прошла волна дрожи. Я не смогла сдержаться, как не старалась. Мне только что выдали тайну, о которой не шептались даже во дворце. Степь на грани второй войны?

– Нируны* собрали войско против хана? – тихо, неверя собственным словам, спросила я, глядя в черные глаза.

Губы нойона дрогнули. Это не была улыбка, а скорее кривая, досадная усмешка-подтверждение.

– Почему ты мне говоришь об этом?

– Потому что эти слова не дойдут от тебя до столицы, – пожал плечом степняк. – И потому, что ты умна. Если империя не заключит с нами мир… она так же окажется вовлечена в две войны. Но если мы можем отсрочить нападение Нирунов, то что вы станете делать со своей междоусобицей? Первый Принц решится поднять войско против брата? Думаю, что да. И для того, чтобы это предотвратить, свадьба должна состояться. Тогда молодой император одним словом остановит Первого Принца.

– Потому что сможет убрать часть армии с границ степей.

Теперь я все понимала. Этот мир был на самом деле нужен стране. Но это означало… что бирка должна вернуться в столицу. Ради мира на моей родине.

– Ты все поняла, хатагтай, – степняк улыбнулся. Он был явно доволен нашим разговором.

А меня радовало только то, что он не знал, какой еще козырь попал в их руки. Может, тогда хан пожелал бы вовсе не мира.

Степняк поднялся, потянулся. И вдруг посмотрел на меня иначе. Тело обожгло жаром, хотя я сама пока не могла понять его причины.

– А ты, хатагтай, если вдруг захочешь остаться в свите принцессы… У меня пока нет жены, а ты красива и умна. Хорошая супруга для нойона.

Повисла тишина. Такая же тяжелая, как дым от сырого костра, что стелится над травой в безветренную погоду.

– Подумай, – степняк шагнул ближе, и взял в ладони мою руку. Шершавые пальцы с обещанием огладили тонкую кожу. – Я буду нежным и терпеливым мужем, если решишь.

– А… а как же князь Вэй? – голос дрогнул. По коже вверх прошла горячая волна. Хотелось выдернуть руку от смущения и волнения, но я не смела. Давно, очень давно мужчины не смели проявлять ко мне интереса, как к женщине. Это каралось смертью. Но то время прошло.

– У меня довольно заслуг перед степью, чтобы я мог оставить тебя себе. Только реши.

Степняк наклонился и коснулся губами нежной кожи на внутренней стороне запястья. Моя рука дрожала в его большой ладони.

Гансух усмехнулся. Для него не было секретом, что я взволнованна.

Степняк медленно опустил мою ладонь, и больше не произнеся ни слова, вышел из шатра, оставив меня наедине со своими мыслями и в полном смятении.**

Князь ВэйГонец так и стоял посредикомнаты, не присев, ни глотнув воды. При моем появлении он только повернул голову и опустил глаза. Стальная туба, где хранилось послание, была зажата в кулак.

– Настолько важно? – я решил не тратить время на приветствия и выяснение обстоятельств пути.

– Первый посланник к вам не добрался, – хрипло от недосыпа и усталости, отозвался гонец. – Его отправили почти на два дня раньше.

– Не прибыл. Дороги нынче не спокойны, – я кивнул, понимая, что случилось нечто действительно серьезное, раз дворец так торопился доставить мне сообщение.

– Так и есть, – гонец передернул плечом. И стало ясно, что и его путь прошел не совсем гладко. Солдат выпрямился, развернул плечи и уже другим тоном объявил: – Послание от Императотра для Князя Вей.