Онлайн книга «К нам осень не придёт»
|
Владимир почти не отходил от Анны всю зиму и весну, что приводило в отчаяние младшую сестру, Елену. Та, глупышка, влюбилась в него буквально с первого взгляда! Анне было и смешно, и жаль сестру, и одновременно её раздражали все эти глупости. Не знает Елена, каково жить в постоянном страхе, прятаться от домочадцев, постоянно следить за собой… Никакая несчастная любовь с таким не сравнится! А весной Владимир Левашёв решительно попросил у папаши руки Анны — и отец формально дал согласие. Анет поначалу пришла в ужас: она не ожидала, что именно этой весною решится её судьба, да ещё так внезапно! Она решила было броситься к ногам папеньки, умолить его подождать со свадьбой, ибо вообще не представляла себя в роли жены! И что будет, когда Владимир узнает о странных изменениях, всякий раз происходивших с ней в мае?! А он узнает непременно — ведь они будут жить, как супруги, долго скрывать свой секрет ей никак не удастся! *** Умирая от тревоги, Анет дожидалась отца, который, как это часто бывало, задерживался в присутственных местах. Последние несколько дней она ощущала, что вот-вот с ней начнёт происходить то самое… Она куталась в шаль, хотя дома было тепло, нарочно покашливала — а вот озноб, что сотрясал её тело, был самым настоящим. Анна сидела у себя, когда заметила у своего окна крупного, чёрного ворона — птица несколько раз подлетала близко, на мгновение замирала, словно разглядывала, что происходило в комнате. Анет засмотрелась на неё и даже перестала всё время прислушиваться к себе, пытаясь не пропустить свою ежегодную пытку. Казалось, ворон внимательнонаблюдает за ней своими блестящими, чёрными глазами. Заинтригованная, Анна открыла окно. Птица не сразу, но влетела в комнату, приблизилась, вглядываясь в лицо Анны живым, умным — почти человеческим — взглядом. Анет протянула руку, коснулась чёрных перьев; птица на миг отпрянула было, но тут же вернулась и вспорхнула девушке на плечо. Анне даже показалось, будто ворон погладил её по голове своим сильным крылом. Ворон смотрел на неё столь пристально, что Анет засомневалась, не была ли это какая-то дрессированная птица: может быть, она потерялась, улетела из цирка или зоосада? — Ты, верно, кушать хочешь? — спросила Анна, поглаживая глянцевые чёрные перья. — Я принесу хлеба и молока… Она ссадила ворона с плеча и, не закрыв окна, вышла из комнаты и направилась на кухню. Чтобы раздобыть чашку молока и ломоть хлеба, ей не пришлось потратить много времени — к счастью, был уже поздний вечер, и кухарка давно закончила работу. Анет вернулась к себе и с досадой всплеснула руками: комната была пуста. Не стоило оставлять окно отворённым… — Вот глупый, кто же тебя теперь накормит? — пробормотала она. — Пропадёшь ведь, коли потерялся… И тут, к её радости, послышался шум крыльев и из-за шифоньера показался чёрный силуэт — оказывается, ворон прятался! — Ну прости, ах ты умник какой оказался! — приговаривала Анет, потчуя птицу хлебом, смоченным в молоке. — Ведь и правда, увидел бы кто, выгнали бы, ещё и крик подняли! Ворон пробыл с ней ещё некоторое время, а когда взошла луна, и Анна, облокотившись на подоконник, наслаждалась ясной майской ночью — птица осторожно вспорхнула ей на руку. Посмотрела внимательным, долгим взглядом, коснулась щеки крылом — и растворилась в ночном мраке, быстро и бесшумно, точно призрак. |