Книга К нам осень не придёт, страница 62 – Ксения Шелкова

И только когда воздуху в лёгких стало уже не хватать, а сердце бешено заколотилось от недостатка кислорода, она наконец опустила руки, открыла глаза. В шаге от неё стоял кто-то. В темноте ничего толком разглядеть ей не удалось — но угадывающийся силуэт, несомненно, был человеческим, а не звериным.

— К-к-кто здесь? — дрожащим голосом пролепетала Анна.

Человек, стоявший вполоборота к ней, повернулся и, не отвечая, слегка поклонился. Анна слабо взвизгнула и попыталась отползти по скамье подальше: глаза его светились во тьме, словно два холодных голубых огонька. Господи, что же это?

Незнакомец, однако, стоял неподвижно и не делал попыток приблизиться. Анна тоже сидела без движения, вцепившись в собственные колени, и дрожала так, что скамейка под ней ходила ходуном.

— Я подумал, сударыня, что вам, верно, требуется помощь, — раздался спокойный, невозмутимый голос.

В сочетании с событиями этой ночи и светящимися глазами незнакомца, эта вежливо-безличная фраза прозвучала прямо-таки фантастически.

— Ч-что… Ч-т-то в-вы здесь дел-лаете? — выдавила Анна, стуча зубами. — З-за-ч-чем вы м-меня пуг-гаете?..

— Вам показалось, — спокойно ответил незнакомец. — У меня не было намерения никого пугать. А делаю я здесь то же, что и вы: гуляю.

Не переставая трястись, Анна попыталась поднять голову и взглянуть на него — но ничего не рассмотрела. Мрак окутывал незнакомца, точно плащом.

— Так как же, сударыня, вам помочь? Вы ужасно промокли, замёрзли и измарались в грязи, к тому же у вас вывихнута нога.

— О… О… Отк-куда в-вы знаете? — прошептала Анна. — Ведь здесь же совсем темно?

— У меня острое зрение, — последовал ответ.

Кажется, он и вправду был не каким-то разбойником, не чудовищем и не лесным зверем. Анна снова попыталась разглядеть собеседника — и тут только сообразила, что, оказывается, общается с ним по-русски и он отвечает на том же языке, причём без малейшего акцента.

— Как вас зовут? — спросила она.

— Сейчас не лучшее время для церемоний представления. Вы не боитесь, что родные обнаружили ваше отсутствие и страшно тревожатся?

— За меня некому тревожиться, — пробормотала Анна. Она сейчас ощущала не столько холод и боль в ноге, сколько усталость. Ей захотелось расстелить свою пелерину, пусть даже она вся мокрая, на скамье. А потомулечься, вытянуться во весь рост и заснуть.

— Неужели? — удивился незнакомец. — Разве вы приехали сюда в одиночестве?

— Нет, — Анна едва шевелила языком, она говорила будто в полусне. — Но мой муж ушёл из дома и, верно, до утра не вернётся… Потому, что моя сестра вот-вот должна родить… Он ушёл, и я тоже ушла… А мачеха хочет меня убить…

— Вот как, — невозмутимо произнёс незнакомец, точно всё понял из этого бессвязного рассказа. — Ну а теперь мы с вами спустимся в долину; вам нельзя дольше оставаться здесь, в холоде и сырости, да ещё с больной ногой.

Анна даже ойкнуть не успела: её легко, точно пёрышко, подхватили чужие руки. Незнакомец пристроил её голову на своём плече — и мощными, лёгкими прыжками помчался по мокрой, раскисшей тропе. По-видимому, он и вправду отлично видел в темноте — а ещё он ни разу не споткнулся, не поскользнулся, не замедлил бега… Казалось, Анна в его руках ничего не весит: он поддерживал её одной рукой, а другой успевал отводить ветви деревьев, дабы они не хлестали её по лицу.