Онлайн книга «Мы нарушаем правила зимы»
|
*** Ей казалось, что сейчас она задохнётся или умрёт от разрыва сердца, если не начнёт танцевать. Эти стены, тесные и душные, будто стенки гроба, этот затхлый воздух! Ужасно… А в голове, в ушах звучала нежная мелодия, которую напевал звонкий, хрустальный голос, отчего-то казавшийся ей родным и близким. Девушка поднялась, будучи не в силах больше сдерживаться, и решила дать себе волю. Она начала подпевать, тихо и приглушённо. Никто всё равно не услышит; в конце концов, отчего бы ей и не петь? Но песня оказалась коварной: она не просто звучала, оживляя и освежая душу — она оживляла ещё и тело, приказывая двигаться, плясать! И девушка потихоньку закружилась по комнате, скинув башмаки; она поднялась на цыпочки, чтобы не шуметь и не топать — впрочем, вряд ли кто-нибудь услышал бы её сейчас. В доме она была одна. «Быстрее! Смелее!» — звала песня. Повинуясь ей, девушка танцевала, вскидывая руки и кружась всё стремительней. Ах, если бы сейчас оказаться в лесу, на поляне, на берегу реки или озера, да всё равногде — только бы здесь, в городе, среди чужих враждебных людей, которые никогда не поймут, что с ней сейчас происходит! Только бы никому не пришло в голову зайти в эту комнату и докучать ей! Она не хочет ни с кем разговаривать! Она не хочет ничего объяснять — лишь петь и кружиться, кружиться! Она распахнула маленькое окошко — так, чтобы лучи майского солнца падали прямо на лицо — и выдернула ленту из косы. Чёрные волосы покрыли её спину до самой талии… На скрипучей лестнице, ведущей в мезонин зазвучали медленные, неуклюжие шаги. О нет, только не это! Она не способна сейчас никого видеть, говорить о каких-то пустяках! — Анюта! Что это с тобой?! Подбежать к подруге Клаша не смогла: ей всё ещё трудно было ходить после последнего несчастного свидания с бароном фон Ферзеном. Она прохворала тогда несколько дней, почти не покидала постели — но вскоре Лялина заговорила о том, что пора бы и честь знать. По её разумению, Клавдия была не так уж и больна, чтобы продолжать бездельничать… — Анюта! Ты чего это пляшешь? — удивилась Клавдия. Она всё-таки приблизилась к подруге и попыталась взять её за руку… И тут же вздрогнула от страха. — Анна, что случилось? Лицо Анны побледнело, так что кожа стала почти белоснежной, а глаза, наоборот, превратились в пугающие чёрные провалы… Она издала что-то, напоминающее рык, и с небывалой силой оттолкнула Клавдию. Та отшатнулась, уронила какой-то свёрток, что держала в руках. Хорошо ещё, комнатка была довольно мала, и Клаша упала на постель, вместо того чтобы растянуться на полу. Клавдия вскрикнула и попыталась отползти… Анна остановилась, мгновение пребывала в неподвижности, затем зажмурилась и потрясла головой, словно избавляясь от некоего наваждения. — Клаша! Не ушиблась? Ох, прости, я не нарочно! — Но что это с тобой? — с беспокойством вглядываясь в неё, расспрашивала Клавдия. — Так… Что-то нашло на меня нынче. Замёрзла, вот и захотелось… попрыгать. Анна усмехнулась, зябко передёрнула плечами и закуталась в платок. Её тело сотрясала мелкая дрожь, а босые ноги продолжали слегка притопывать. — А башмаки зачем же сняла? Пол студёный! — недоумевала Клаша. Но Анна уже справилась с собой. Она помогла подруге улечься в постель. — Лучше ты мне скажи-ка, зачем из дома вышла? Тебе же ходить ещё нельзя! |