Книга Мы нарушаем правила зимы, страница 57 – Ксения Шелкова

Анна ужасно обрадовалась; она со всех ног поспешила в аккуратный двухэтажный особнячок, где госпожа Пфайфер держала свою школу. Там, в течение двух лет обучалисьдевочки из скромных дворянских и купеческих семей — им преподавали хорошие манеры, французский язык, танцы, живопись и музыку, обучали литературе, словесности, и разумеется, шитью и домоводству. Воспитанницы жили в просторном дортуаре, классы были небольшие и вполне уютные, к тому же в особняке имелась симпатичная танцевальная зала и нарочно устроенное помещение для занятий искусством.

Анна страшно волновалась: это ведь была первая в её жизни попытка получить настоящее место и начать зарабатывать себе на хлеб! Фрау Пфайфер оказалась высокой тощей пожилой особой с длинным носом, впалыми щеками и сурово поджатыми губами. Её рыжеватые волосы наполовину поседели и были уложены в строгий пучок. Она осведомилась, как долго уже Анна учительствует, и есть ли у неё рекомендации?

Анна откровенно созналась, что её единственная рекомендация — от Арины Ивановны, а Петруша — её первый ученик. Разумеется, она не собиралась рассказывать о занятиях французским с девушками из «Прекрасной Шарлотты». Фрау Пфайфер строго поглядела на неё сквозь пенсне, постукивая карандашом о стол.

— У меня нет причин не доверять Арине Ивановне: это весьма почтенная дама, две её девочки занимаются у меня в школе и ведут себя безупречно. Но вы так молоды и неопытны. — Она развела руками. — Разумеется, на место классной или дортуарной дамы вы никак не можете претендовать…

— Конечно же, я понимаю, — покорно кивнула Анна.

— Но мне не помешала бы учительница французского для приходящих учениц! Тем временем, я предложу моей француженке перейти в классные дамы… — задумчиво говорила фрау. — А вы побудете пока на испытательном сроке, если, конечно, вам это подойдёт. Всё же вы слишком молоды, милая.

Несмотря на строгость и неприступный вид, фрау Пфайфер показалась Анне вовсе не злой. Хоть бы всё получилось, как это было бы замечательно!

— Расскажите о себе по-французски, — велела немка. — Я хотела бы больше узнать о вас и… оценить ваше произношение.

И Анна повторила почти такую же историю, которую прошлой осенью рассказывала Лялиной. Она назвалась девушкой из мещанского сословия, рассказала, что папаша весьма заботился об их с сестрой воспитании, что родилась и выросла она в Стрельне.

— Живы ли ваше родители? — осведомилась фрау.

— Папенька преставился два года назад. А моя мать… —Анна поколебалась и высказала свою так долго лелеемую надежду: — Когда я была совсем маленькой, она была вынуждена надолго уехать… По состоянию здоровья она не могла жить в Петербурге. Но я надеюсь вскоре с ней увидеться.

— О, я вам сочувствую! — откликнулась госпожа Пфайфер. — Надеюсь, всё будет хорошо! Ещё мне сказали, что вы скоро выходите замуж…

— Это так. — Анна скромно опустила глаза. — Но наши средства весьма невелики: я и мой жених живём своим трудом. Он сирота. Поэтому служба в вашем прекрасном пансионе, разумеется, была бы для меня огромным счастьем.

Фрау ещё поразмышляла, испытующе глядя на Анну, и наконец поднялась со стула, давая понять, что аудиенция окончена.

— Что же, фройляйн Калинкина, думаю, могу позволить вам попробовать свои силы. Я предложу вам испытательный срок — через две недели вы придёте сюда и сможете приступить к занятиям. От вас требуется поставить произношение у воспитанниц, выучить их французской грамматике, читать с ними на французском стихи и прозу. Я убедилась, что вы говорите весьма бегло и правильно, и надеюсь, справитесь с новыми обязанностями.